Французские ЛК "Ришелье" и "Жан Бар"

Продолжавшееся пребывание «Ришелье» в Дакаре и «Жана Бара» в Касабланке вызывало в англо-американских морских кругах определенное беспокойство, поскольку существовала опасность захвата их немцами. Дело дошло до того, что в ноябре 1940 года президент США предложил Вишистскому правительству продать эти два линкора. Маршал Петэн отказал, ссылаясь на условия перемирия, но еще раз заверил, что французские корабли никогда не попадут в руки немцев. 23 ноября после получения определенных гарантий от французского правительства Рузвельт информировал Черчилля, что Петэн не будет перемещать «Ришелье» и «Жан Бар» без предварительного оповещения правительства США.

Когда в ноябре 1942 года началось вторжение союзников в Северную Африку, «Ришелье» не предпринял никаких ответных действий, из-за повреждения кормы и двух орудий не имея даже возможности перейти в район боев. Но о его состоянии союзники не знали и постоянно принимали определенные меры против возможного выхода «Ришелье» в море. Вторжение союзников в Африку и недостаточно упорное, с точки зрения немцев, сопротивление французских войск вызвали оккупацию всей Франции. Затем последовало затопление флота в Тулоне и естественное освобождение всех оставшихся вне метрополии французских кораблей и гарнизонов от соблюдения условий перемирия. После успешных переговоров между союзниками и адмиралом Дарланом эти корабли перешли на сторону антигитлеровской коалиции. Все они после более двух лет, проведенных в бездействии, остро нуждались в модернизации и ремонте. Особенно это касалось зенитного вооружения и радарных систем. В первую очередь в США на ремонт ушли наиболее ценные единицы: «Ришелье», крейсера и лидеры эсминцев. Более мелкие корабли подлежали ремонту в базах на Бермудских островах. 30 января 1943 года «Ришелье» с кормой, подкрепленной массивным деревянным кессоном, и крейсер «Монткальм» под эскортом четырех американских эсминцев вышли из Дакара в Нью-Йорк.

В феврале военно-морская верфь в Бруклине приступила к капитальному ремонту «Ришелье» и завершению ремонта повреждений, начатого еще в Дакаре. Американцы сразу же столкнулись с большими трудностями, поскольку французские методы проектирования и постройки кораблей отличались от принятых в США. Никаких чертежей не имелось — частично они были спрятаны в оккупированной Франции, частично захвачены немцами. Французские легированные стали были уникальными, а их спецификации отсутствовали. То же касалось механизмов и орудий главного калибра. Естественно, никаких запчастей не было и приходилось все изготавливать на заказ. Дело усугублялось незнанием американскими рабочими метрической системы мер. К тому же между персоналом верфи и экипажами французских кораблей сложились далеко не дружеские отношения. Американцы, более года ведущие тяжелую войну на два океана, не могли понять французов, державших боеспособные корабли и войска в Африке и не желавших использовать их в борьбе с общим врагом. Тот факт, что офицеры «Ришелье» сохранили в кают-компании портрет маршала Пэтена, главы правительства Виши, принявшего позорные условия перемирия с немцами, дал основания прессе окрестить французских моряков «германофилами», а все их пришедшие в Штаты корабли — «французским нацистским флотом».

Главным изменением в вооружении стало рассверливание орудий ГК до диаметра 381 мм, что давало возможность использовать английские снаряды. Два поврежденных орудия в башне II заменили стволами с тяжело поврежденного в Касабланке «Жана Бара». Одну из труднейших проблем представлял ремонт поврежденных валов и центровка турбин. Надо было заменить дейдвудную трубу и, по крайней мере, одну секцию трансмиссионного внутреннего правого вала и оба гребных вала правого борта, а также исправить поврежденный ахтерштевень. Для незнакомых с метрической системой американских рабочих хлопотным делом оказалась и выверка просвета в турбинах.

Наиболее заметным изменением внешнего вида корабля стало снятие ангара, катапульт, части шлюпок и установка на надстройках, вокруг башни № 2 и шканцах 14 счетверенных 40-мм автоматов. Пять десятков 20-мм «эрликонов» разместили везде, где было свободное пространство: на крыше ангара (9 автоматов), за волноломом перед башней № 1 (9), на башне ГК № 2 (4) и в других местах.