Французский поцелуй

Пока Брэд Вульф ходил выяснять по своим каналам номер телефона, сообщенный ему Дианой, она позвонила в офис. Как она и предполагала, ее там ждала весточка от Сива. Набрав номер, который он указал, она переговорила с ним. В Париже в этот час была уже глубокая ночь. Голос Сива звучал, как из преисподней. С немалым раздражением в голосе Диана сказала ему об этом.

Вульф вернулся. Увидев, что она занята разговором, занялся своими бумагами, которых у него на столе накопилось порядочно.

Когда она закончила, он отложил в сторону ручку и обратился к ней:

— Что ты узнала о Маркусе Гейбле такого, что не пожелала сообщить мне?

Диана бросила на него недоуменный взгляд. — Не понимаю, о чем ты.

— О'кей. Почему ты развила такую бурную деятельность, наводя о нем справки?

Она пожала плечами.

— Сив попросил меня об этом?

Он сел на край стола, хлопнув себя по колену папкой с бумагами.

— Нельзя ли поконкретней?

— Ты хочешь спросить, не подозревает ли Сив его в переправке героина из Золотого Треугольника в Чайна-Таун? Ты хочешь спросить, не считает ли он Гейбла крестным отцом Чайна-Тауна? Это, что ли? — Она говорила небрежным тоном, но в нем слышались нотки пережитого страшного испытания и раздражения и злости по поводу того, что Сив, находясь за шесть тысяч миль, дает ей краткие указания, ничего не объясняя.

Брэд Вульф кивнул, будто прочитав ее мысли.

— Я спрашиваю это потому, — пояснил он, — что Маркус Гейбл не существует.

— Что?

— Позволь мне развить свою мысль. — Брэд Вульф слез со стола, устроился на стуле рядом с ней. — То есть в природе Маркус Гейбл существует, но в документах ЦРУ это не отражено.

— Они покрывают его.

Вульф покачал головой.

— Нет, не в этом дело. Он работал на них с 1968 по 1972 год. А потом он смотался.

— И чем же он занялся после этого?

Вульф пожал плечами.

— Предположительно, тем, чем он и сейчас занимается: импортом и экспортом.

— Чего? Наркотиков?

— Диана, у нас нет прямых доказательств того, что Гейбл связан с тем, чем промышляла «Моника». В нашей конторе, как, впрочем, и в твоей, догадки не считаются поводом для обвинения. Никто не может доказать причастность Гейбла к деловым операциям Моники и Рида Паркеса.

— Только потому, что Монику умертвили до того, как она могла сказать что-либо.

— Возможно, это и так, — признал Вульф. — Но у нас, опять-таки, нет доказательств.

— Если Гейбл не работает в ЦРУ, то кто же тогда покрывает его? — вздохнула Диана, вдруг почувствовав усталость. На мгновение она даже закрыла глаза. — Как ты получил этот материал на Гейбла?

Вульф улыбнулся.

— Довольно просто. Для меня просто, я хочу сказать. Несколько лет назад мы вышли на одну шайку, занимающуюся кокаином. Весьма изобретательную группу: они зашивали мешочки с этим зельем в трупы и провозили в страну через Мексику. И получилось так, что я узнал одного из шайки. Он оказался сыном одного человека, который, как я знал, работает в ЦРУ. Это он подсказал идею с трупами, сам находясь под сильным кайфом. Я вытащил его прежде, чем мы накрыли всю шайку, и, пригласив его отца, серьезно поговорил с ними обоими. В результате мы отправили мальца на добровольное лечение от его пагубного пристрастия в специальное заведение в Округе Колумбия. С тех пор я за ним приглядываю, поскольку он не слушается своего старика. Время от времени отец сообщает мне, как у него идут дела.

— Отец этого мальца агент ЦРУ?

— Бери выше. Эти ребята из Управления, собирая информацию о всех и каждом в стране, ни хрена не знают о своих собственных сотрудниках. Чарли Карнов работает у них оператором компьютера с правом доступа к наисекретнейшей информации. Он лучше информирован, чем любой из министров.

Диана засмеялась.

— Не важно, кого ты знаешь, а важно, что знает он.

— Вот именно. Оператор знает не меньше, чем его шеф, которого он подключает к банку данных.

Диана провела рукой по волосам.

— Теперь нам еще узнать бы о номере, по которому собирался звонить Паркес.

Вульф кивнул.

— Будем надеяться, что он выведет нас куда-нибудь. А то мы совсем уперлись в стену, которую не прошибешь одними добрыми намерениями.

— Но у нас не только они, — возразила Диана. — У нас есть еще и закон. Мои учителя мне постоянно твердили, что закон — это все: свет, путь, истина.

Вульф вздохнул.

— Теперь ты имеешь лучшее представление о том, что такое истина.

— Нет! — Она покачала головой. — Я с этим не согласна. Ты хочешь мне сказать, что мы бессильны, являясь слугами закона?

— Я ничего не хочу сказать, — возразил Вульф. — Это ситуация говорит сама за себя...

Тут зазвонил телефон и он схватил трубку.

— Да? Минуточку, — он потянулся за ручкой. — Порядок. Диктуйте. — Он записал что-то, потом положил трубку. — Мне сообщили адрес, по которому установлен телефон, номер которого набрал Паркес. Я думаю, нам надо отправиться туда немедленно.

— Мне только на минуту забежать в туалет.

— Иди. Это на предпоследнем этаже, справа в конце коридора. Я подожду тебя здесь.

По дороге она увидела Рэнди Брукса, помощника Вульфа. Он не заметил ее, потому что спешил к шефу, весь взмыленный. Она почувствовала любопытство и задержалась.