Фристайл. Сборник повестей

Он повернул ключ в замке, но дверь в свою квартиру открыл с трудом, чему очень удивился. Протиснулся через порог — и потерял дар речи, словно оказавшись в пещере Алладина. Весь коридор и кухня были заставлены, завалены какими-то пакетами, узлами, громоздкими упаковками. Среди всего этого багажа стояла растерянная Вера и испуганно смотрела на него.

— И что это значит?

— Это твой отец…

Никита присвистнул. Вера ждала скандала, но он, неожиданно для неё сдержался и только покачал головой.

— Ты не могла отказаться от всего этого?

— Как?! Приехали совершенно чужие люди, грузчики… Я не ожидала, растерялась… Пришла в ужас, увидев, сколько всего здесь.

— Что там?

— В основном, всё для Димасика… Вот те огромные коробки — упаковки с памперсами, там — одёжки для него — ползунки, распашонки, кофточки, чепчики, шапочки, комбинезончики — от самых маленьких для него сегодняшнего, и на вырост до годика, а, может быть, и старше… Вон там — высокий стульчик для кормления, он может раскладываться потом на столик и стул… И прогулочная коляска. И целая упаковка игрушек для малышей, и ещё какие-то пакеты… Я не успела всё рассмотреть.

Никита молчал, не находя слов. Вера произнесла тихо и виновато.

— Никита, он прислал это всё своему внуку… У него ведь больше никого нет…

— Пожалела его? — Он постарался придать своему голосу оттенок осуждения, но получилось как-то примирительно. — Ладно. Убирай это всё в кладовку. Вовремя мы оттуда всё лишнее вынесли. Я переоденусь и помогу тебе.

Он вошёл в комнату и не сразу заметил несколько больших коробок возле письменного стола. Но когда рассмотрел, его даже в жар бросило: там был компьютер! Самый современный, самый лучший на сегодняшний день. И рядом с ним большой монитор! А в двух других — принтер и сканер, тоже последней модификации. Никита беспомощно опустился на стул. Как нужна была ему эта аппаратура, когда он был интерном в травматологии, а потом занимался в ординатуре по хирургии! Но и сейчас всё это сказочное богатство непременно понадобится, при любой работе возникает много внезапных вопросов… Теперь Интернет будет полностью в его распоряжении!

Он забыл переодеться. Стал поспешно освобождать от кабелей старый компьютер и монитор.

Вера вошла в комнату, не дождавшись помощника. Он не услышал, не заметил её.

Старый компьютер стоял на полу вместе с отслужившим монитором, а Никита настраивал новую аппаратуру.

— Давай пообедаем. Потом продолжишь.

— Ешь сама, не жди меня. Я потом.

На улице было пекло — лето в разгаре. В больнице царствовала духота, хотя все окна, старые и скрипучие, были распахнуты настежь. Жарко и душно было и в маленькой ординаторской, и в операционной, и даже в реанимации, где медперсонал всеми усилиями старался поддерживать необходимую для больных пониженную температуру. Была середина рабочего дня.

Утром Вера ему сказала, что сегодня ровно семь лет, как они служат здесь, в этой Центральной больнице (по-простому в ЦРБ). Годовщина значит. Эти годы пролетели быстро, хотя и не скажешь, как в поговорке — «как один день».

Решение уехать из Петербурга на родину Веры пришло скоро и неожиданно, хотя родители их постоянно к себе звали. Но Никита даже думать не хотел о том, чтобы уехать из Петербурга — это был его родной город, он не хотел сдаваться и сбегать от трудностей. Но случилась беда — скоропостижно умер Глеб Иванович, отец Веры. Он был заядлым рыбаком, рыбачил круглый год, пропадая все выходные на берегу канала. Так случилось и в тот страшный день. Стояла поздняя осень и было уже достаточно холодно, целый день моросил назойливый дождь. Надежда Игнатьевна, тёща Никиты, прождала мужа до ранних сумерек, и, не дождавшись, отправилась на поиски, зная потаённые места его рыбалки. И нашла мёртвым в кустах на берегу…