Футбол на всю жизнь

— Профессиональный. Из небольшого австрийского городка, в 140 километрах от Вены. Выступает во втором дивизионе, но как раз сейчас играет переходные матчи за путевку в первый. Я понял, что «Форвертс» всерьез борется за выход в свою высшую лигу и клубу нужен такой игрок, который, как говорится, и в футбол умеет играть, да еще своим именем привлечет на стадион зрителей.

— И что же в Линце вы ответили австрийцам?

— Как всегда в подобных случаях, — улыбнулся Ошемков. — Сказали, что это не в нашей компетенции: клуб такие вопросы не решает. А сам Блохин может сказать лишь в принципе, согласен он или нет…

«Как всегда в подобных случаях». В футбольной биографии Блохина, как мы уже об этом рассказывали, их было немало — «подобных случаев». Начиная с 1975 года, когда он стал обладателем «Золотого мяча», Олега за солидные суммы пытались заполучить знаменитые профессиональные клубы

Испании, Франции, ФРГ. Но то были другие времена, когда наши звезды вынуждены были огорчать своих «покупателей» из профессиональных клубов. С той поры многое в нашей жизни изменилось. Сильнее и сильнее чувствуется апрель 1985-го, положивший начало перестройке в многообразной кипучей жизни страны. Хотя и с трудом, но пядь за пядью мы все-таки преодолеваем инерцию мышления, порожденную долгими годами застоя. Страна постепенно возвращается к ленинским принципам, сутью которых является демократия, социальная справедливость, уважение к чести, жизни и достоинству личности.

— …В Линце Блохин сказал, что он согласен перейти в «Форвертс», — продолжал рассказывать Ошемков. — И мы посоветовали австрийцам обратиться в Госкомспорт СССР.

О своем желании Олег заявил и в телеинтервью, а также на страницах некоторых наших газет. После этого кое-кто из болельщиков поспешил, правда, зачислить его в… «предатели». Впрочем, что болельщики, если даже иные спортивные руководители, в кабинетах которых почти в течение двух месяцев Блохин просил, убеждал, доказывал, тоже не могли понять форварда, которому в ту пору шел уже 36-й год. Ничего, как говорится, не попишешь — инерция мышления.

— …Вторая лига, заштатный клуб, хоть он и австрийский, приглашает лучшего игрока Европы своего времени, выдающегося советского футболиста! — говорил мне в те дни один из спортивных начальников. — Что он приобретет в этой австрийской второй лиге?