Габриэль-сатаноборец. Хроника времени папы Льва XIII

Как ни странно, но именно после конгресса, прошедшего триумфально для Таксиля, в католическом лагере начались довольно острые разногласия по поводу того, как относиться к антипалладистским разоблачениям, сделанным им и его группой, а больше всего — по вопросу о загадочной фигуре Дианы Воган. Казалось бы, чего больше надо: наивысшие авторитеты церкви неоднократно высказывались вполне определенно, в том числе и прежде всего сам папа. В какой-то мере утверждения Непогрешимого связывали всех церковных деятелей и всех верующих или притворявшихся верующими католиков, но кто был поумней и ближе других принимал всерьез интересы церкви, вероятно, рассуждал таким образом: да, этот, может быть, выживающий из ума старец действительно связал себя и церковь безропотным движением в том русле, которое указал ему Таксиль, но чтобы не оказаться совершенно скомпрометированными и вместе с тем не скомпрометировать всю церковь, надо постараться как-нибудь выбраться из этой грязной канавы. Не сразу, конечно, не с шумом, а помаленьку.

Первые симптомы такого поворота обнаружились в немецкой католической печати. Началось, правда, с выступления некоего масона Финделя, выпустившего в августе 1896 года брошюру «Католическое жульничество. Против Марджиотты». Книга Марджиотты об Адриано Лемми подвергалась в ней мотивированному и вполне убедительному разгрому, а вместе с ней разоблачались, как лживые от начала до конца, все произведения антимасонской серии, созданные компанией Таксиля. Такие опровержения, исходившие от масонов, были и раньше, но брошюра Финделя вышла в подходящий для нее момент и вызвала значительно больше откликов, притом сочувственных, чем прежние аналогичные издания. Помимо указанных выше причин, в Германии сыграло еще роль вмешательство чрезвычайно влиятельных придворных сил во главе с императором Вильгельмом II.

Принц Фридрих-Леопольд был куратором трех прусских масонских лож и магистром большой имперской ложи, ряд других представителей царствующего дома были масонами и занимали определенные должности в масонской иерархии. В дворянских кругах принадлежность к «вольным каменщикам» издавна считалась признаком респектабельности и хорошего тона. Было известно, что сам император относится к масонским ложам благожелательно, продолжая традиции Вильгельма I, Фридриха III и Бисмарка. Не исключено, что антимасонская кампания, бушевавшая во Франции и в Италии, до этого времени особенно не занимала придворные круги, интересовавшиеся больше охотой, парадами императорской гвардии и светскими приемами. Брошюра Финделя, получившая громкий резонанс в протестантской и даже в католической печати, привлекла внимание высокопоставленных лиц, и упомянутый Фридрих-Леопольд обратился к императору Вильгельму с письмом, в котором жаловался на клеветническую кампанию против масонских лож, являющихся, по его мнению, «оплотом религиозности и патриотизма»; принц просил императора защитить эти оплоты от происков безответственных сил и элементов. Император выразил свое согласие с мнением принца, и все это дело получило освещение в газетах. Немецкие католики почувствовали, что необходимо начать готовить почву для смены вех.

Вымышленная «разоблачительница масонства» Софья Вальдер с дьяволом.

Из книг группы Таксиля.

Кажется, первым, кто выступил в Германии на этом поприще, был тот самый иезуитский «ученый» Гильдебранд Гербер, который под псевдонимом Грубера ранее активно популяризировал все «палладистские» выдумки Таксиля и его группы. Во второй половине 1896 года в его писаниях появились новые ноты.

Статьи Грубера, опубликованные в это время в немецких газетах, полны таинственных намеков и осторожных оговорок относительно того, что некоторые из разоблачений масонства, содержащиеся в соответствующих книгах, нельзя понимать буквально и что вообще все обстоит сложней, чем это можно себе представить. Сначала речь идет о том, что «утверждения Марджиотты и мисс Воган о систематически практикуемых масонами молениях Сатане, осквернении гостий и т. д. нуждаются в строгой проверке, которая до сего времени не была проведена». Через несколько месяцев высказываются уже более категорические суждения: «В качестве малоправдоподобных разоблачений мы можем привести фигурирующие у Марджиотты и мисс Воган утверждения о центральном управлении мировым масонством, о палладизме, как культе Сатаны, об осквернении гостий, о масонских папах Пайке и Лемми. Относящиеся к сему документы мы считаем либо фальсифицированными, либо целиком вымышленными». А что, собственно, остается от сатаномасонства, если исключить все перечисленное? И почему речь идет именно о Марджиотте и Диане, ведь за подписью Таксиля и Батайля публиковались те же самые бредни!