Читаем Гала. Муза Сальвадора Дали полностью

Гала участвует в спектакле

27 марта 1920 года Поль Элюар в Доме творчества в Париже в первый раз поднялся на сцену вместе с Гала, которая играла нищенку. Она подавала ему реплику в комедии «Пожалуйста», написанной Бретоном и Супо.

— Бывало ли, что вечером, месье,

Остерегались вы бродячих нищих? — шептала Гала со своим русским акцентом, прежде чем уйти за кулисы…

«Я люблю Макса Эрнста больше, чем Гала»

…4 ноября 1921 года Поль Элюар, сопровождаемый Гала, позвонил в дверь мастерской художника Макса Эрнста, признанного мастера коллажа, в Кёльне. Дверь открыл хозяин, называвший себя Дадамакс, — высокий блондин с голубыми глазами, больше похожий на спортсмена, чем на художника. Его худое лицо выглядело мужественно и одновременно лукаво. Ему было тридцать лет. После войны Макс женился на молодой немке Луиз, которую называли Лу или иногда Розой. У них был маленький сын Ульрих. Отец переименовал его в Джимми и дал прозвище Минимакс. Взаимная симпатия возникла сразу, едва гости переступили порог дома, хотя Поль Элюар, искренний, медлительный, обходительный, являл собой полную противоположность Максу Эрнсту, порвавшему с обществом и бунтующему против него.

Эрнст прослыл возмутителем спокойствия, что дало повод отказывать ему в визах на выезд из Германии и подвергать цензуре все, чем он занимался. У Поля и Гала перехватило дыхание, когда они взглянули на его работы, — настолько его живопись была смелой, антиклассической по сути и попирающей все нормы. Элюар был первым, кто оценил картины Эрнста по достоинству, признав художника гениальным.

Если мужчины с самого начала подружились, их многое сближало, и прежде всего то, что они оба были солдатами Первой мировой войны, более того, им хватило недели, проведенной вместе, чтобы назвать друг друга братьями (Элюар писал Тристану Тцара, что теперь он не «единственный сын», а Эрнст на обороте той же открытки добавлял, что французский поэт — его «лучший друг и вторая половинка его самого»), то Гала не стремилась подружиться с женой Макса Лу. Она терпеть не могла сплетни и болтовню. Все, что напоминало о традиционных женских занятиях — а Лу была хорошей хозяйкой и заботливой матерью, — вызывало у Гала отторжение. Дикая и эгоистичная по своей природе, вся во власти артистических мечтаний, она всюду следовала за Полем, любовь к которому до краев заполняла ее жизнь, а значит, и за Максом. Они беседовали до глубокой ночи, читали стихи, посещали выставки.

Поль писал, Макс делал рисунки к его стихам. В результате их совместного творчества родилась книга «Повторения», а Эрнст написал еще и портрет Элюара на стекле с подложкой из алюминия, и портрет Гала с обнаженной грудью. Лу оставалась роль сторонней наблюдательницы, печальной и бесполезной свидетельницы событий, она отошла на второй план и чувствовала себя лишней. Она могла лишь с горечью констатировать, что Гала очаровала ее мужа… Не мог не видеть этого и Элюар, но, кажется, он был не против… Так началась эта необычная связь.

Когда супруги вернулись домой в Париж, Макс Эрнст записал: «Как только двое Элюаров уехали, двое Эрнстов впали в детство». Он сам не знал, кого ему больше не хватало — Поля или Гала. А может быть, обоих сразу…

Как только в марте 1922 года вышел сборник стихов Элюара «Повторения», над которым они работали вместе с Эрнстом, поэт поспешил в Кёльн, чтобы вручить «брату» новую книгу. Открывало сборник стихотворение «Макс Эрнст»:

В одном углу проворный инцестВертится вокруг непорочности платьица,В другом углу небо разродившеесяКолючей бурей бросает белые снежки…

Лето решено было провести вместе, с женами и друзьями, в Торенце-на-Имсте, где Эрнсты заняли квартиру, а Элюары сняли домик на берегу озера. Через несколько дней Макс Эрнст, оставив жену и сына, перебрался в домик Элюаров. Он и Гала перестали скрывать свой роман от окружающих, напротив, они обнимались у всех на виду. Покинутая Лу оставила описание своей соперницы: «Этой русской, гибкой, искрящейся, с темными распущенными волосами и черными, блестящими, немного восточными глазами, узкокостной, изящной, не удалось соединить меня со своим мужем, с тем чтобы завладеть Максом, тогда она решила сохранить обоих мужчин с согласия любящего Элюара».

Перейти на страницу:

Все книги серии AmorFati

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное