Читаем Газета Завтра 263 (50 1998) полностью

Даже на жизнь умудренных старцев оказывают мощнейшее влияние зигзаги нынешней виртуальной реальности. Но не этим сильны мудрецы. Восемьдесят пять лет Сергею Залыгину, восемьдесят лет Михаилу Алексееву, восемьдесят лет Николаю Тряпкину, восемьдесят лет Александру Солженицыну. Это наша уходящая натура. Это по-своему великий эпилог ХХ столетия. Это люди общей, ведущей идеи. Это попытка проникнуть в замысел человека. Это великие проекты, прорывающиеся сквозь политическую конъюнктуру. Дай Бог, всем им войти в третье тысячелетие. Дай Бог, Александру Исаевичу передать и читателям третьего тысячелетия высокий идеализм русского писателя.


Этот идеализм и притягивал к себе в брежневское время, когда на день, на два удавалось получать книги Солженицына.


Нам — патриотам России в «Литературной России», в журнале «Слово», в «Нашем современнике» в начале перестройки крайне нужна была его лучшая публицистика «Наши плюралисты», «Образованщина» и другие патриотические статьи. Мы уже боролись с самим писателем, нежелающим пускать свои бичующие статьи в отечественную печать. Ведь быстро появились «заменители Солженицына» в «Огоньке», в «Московских новостях» — коротичи, рыбаковы, гранины и другие любители дозволенной смелости, трактующие все с антирусской точки зрения.


Мы пускали его блестящие цитаты в комментариях, приложениях, а те заполонили весь телеэкран. Думаю, тогда многое проиграл Александр Исаевич.


«Архипелаг ГУЛАГ» уже становился историей, надо было бороться за будущее. За национальную Россию. Увы, тогда мы опережали великого писателя во взглядах на судьбу России. Мы уже тогда видели «Россию в обвале», все ее положения. И потому эта последняя его книга оказалась для России не откровением. А прозрением писателя. И я сам лично особенно искренне радовался именно тому, что Александр Солженицын написал книгу с позиций русского патриота, с позиций созидательного национализма. В этом — ее главное откровение, какие бы всем известные положения и факты в ней ни звучали.


Все-таки при всех компромиссах не восьмидесятилетних патриархов литературы переделала под себя нынешняя либеральная эпоха, а они сумели выстоять и пронести с собой дух великих проектов, дух великих традиций. И это достойный эпилог столетия. Тем более, что впереди — новая эра национальных государств, национальных достижений, национальных прозрений.


Пример России и ее литературы — окажется примером для всего мира и всего тысячелетия.






А.СОЛЖЕНИЦЫН и В.МАКАНИН Фото В.БОНДАРЕНКО


Быстрая и качественная продажа недвижимости во франции . Портал элитной недвижимости www.miridom.ru.


ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ №12



Вышел 12-й номер газеты "День литературы". Читайте в газете: Окончание исследования Андрея Воронцова "Булгаков и Сталин", Юрий Бондарев печатает свою версию событий 1993 года, Владимир Личутин предлагает свои размышления о смерти. Станислав Куняев начинает печатать сенсационные мемуары. В этом номере — глава "Коммунисты, назад" о поэте А. Межирове. О месте Александра Солженицына в русской истории и русской литературе пишут специально для газеты Игорь Шафаревич, Валентин Распутин, Леонид Бородин и Михаил Назаров. Стихи ведущих русских поэтов Николая Тряпкина, Геннадия Ступина и Бориса Сиротина. В разделе "Русская классика" о Льве Толстом пишет Валентин Курбатов, о Марине Цветаевой — Регина Григорьева.


Беседа с выдающимся историком и литературоведом Вадимом Кожиновым о национализме и культуре.


Как всегда обзоры журналов Ильи Кириллова и Николая Переяслова, пародии Евгения Нефедова.


Главный редактор Владимир Бондаренко. Газета продается в редакции "Завтра" и у всех распространителей "Завтра".


Справки по тел.: 245-96-26.


Подписывайтесь на "День литературы" по объединенному каталогу "Газеты и журналы России", индекс 26260.


Валентину Варенникову - 75



Знаменосцу Победы,


славному русскому генералу


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза