Газета Завтра 295 (30 1999)

Л.Ш. Это мог быть результат добросовестного анализа работников ЦРУ, у них существовал широчайший круг контактов в тогдашней советской верхушке. Любой заговор трудно сохранить в полной тайне. Есть контакты, есть минуты слабости, попытки привлечь сторонников... Думаю, здесь имела место не агентурная информация, а продуманный, скрупулезный анализ, основанный на опросах и донесениях большого количества людей. Использовали ли они технические средства — сомневаюсь. Крючков был очень осмотрительный человек, и даже по каналам конспиративной связи высказывался крайне осторожно. Разговоры о ГКЧП происходили на наших закрытых объектах, вполне защищенных от прослушивания.

В мое время спецсвязь была защищена абсолютно. По крайней мере, в этом уверяло нас Восьмое управление, которое занималось защитой системы связи. Сейчас оно влилось в ФАПСИ. Это специалисты высочайшего класса, им можно доверять. Во-вторых, у нас в разное время были свои источники в разных американских учреждениях, и от них не поступило даже намека, что американцы читают наши защищенные по высшему классу системы коммуникаций.

Да, очень много брали они с открытых телефонов. Когда в советское время начались переговоры с испанцами о модернизации телефонной связи с СССР, американцы энергично вмешались и воспрепятствовали сделке. Аргумент простой: они лишатся большей части информации, которую получают так просто. Поэтому и английское посольство упорно сопротивлялось, не желая выезжать из здания на Софийской набережной в более благоприятный район Москвы — это здание начинено у них техническими средствами, которые следят за всеми коммуникациями столицы.

Надо учитывать, что техника шифровки и дешифровки постоянно совершенствуется. С появлением компьютеров и суперкомпьютеров техника дешифровки сильно продвинулась вперед, но, насколько мне известно, верх пока одерживает защищающая сторона.

В.М. 17 июня 1991 года на закрытой сессии Верховного Совета СССР В.А.Крючков зачитал доклад, в котором говорилось, что завербованные еще в 70-е годы агенты ЦРУ ныне продвинулись на руководящие государственные посты в аппарате Горбачева. Лично Горбачеву он также предъявлял доказательства, но генсек никак не отреагировал. Ничего не предпринял и Верховный Совет страны. Как это расценивать?

Л.Ш. Да, реакции надлежащей не было. Компетенция КГБ — знать подобную информацию и довести ее до главы страны, компетенция правительства и президента — принять соответствующее решение. Власть была в полной растерянности в тот период, чем, собственно, и спровоцировала ГКЧП. Есть распространенное мнение, что Горбачев сознательно работал на Запад. Думаю, что он просто утратил волю. Я не доверяю двум деятелям того времени — Яковлеву и Шеварднадзе. Эти люди внесли выдающийся вклад в развал державы. Они достаточно умны для того, чтобы понимать, что они творят и чем это может закончиться.

В.М. Леонид Владимирович, в перестроечные и демократические времена у нас началась какая-то эпидемия предательств как среди рядовых граждан, так и из среды спецслужб. Целую группу шпионов Ельцин амнистировал своим указом, другим приговоры вынесены достаточно мягкие. Есть опыт других стран на сей случай. В Англии, например, секретность деятельности спецслужб защищена законом и разглашение любой информации о разведке автоматически считается преступлением. При этом суд даже не рассматривает степень нанесенного ущерба.