Газета Завтра 32 (1184 2016)

Станислав ШУВАНОВ. Опять же, прогнозы в данном случае мало чем отличаются от гипотез. По моим ощущениям, роль и Латинской Америки, и России в ближайшей перспективе окажется существенно выше, чем в настоящее время. Два крупных латиноамериканских проекта — бразильский МЕРКОСУР и венесуэльский Боливарианский проект — не конкурируют между собой, а дополняют друг друга. И, скорее всего, они, при всех трудностях и противодействии внешних сил, будут реализовываться дальше. Понимаете, латиноамериканцы — очень гибкие и неконфликтные люди, они умеют приспосабливаться к внешним обстоятельствам, хотя их внутренние убеждения и цели изменить почти невозможно. Вот сейчас много говорят о том, что после гибели Чавеса "боливарианский" проект похоронен, в глобальных масс-медиа живописуют безработицу, голод и социальный хаос. Это не так. Нефть Венесуэлы сейчас перестала быть финансовым источником, но остаётся источником энергии, в том числе — общественной. Этот нефтяной источник, конечно, хотят захватить — может быть, это даже получится на какое-то время. Но как только нынешний дисбаланс цен будет выправлен, новая национализация в Венесуэле, возврат к "курсу Чавеса" окажутся неизбежными.

"ЗАВТРА". Вы говорили о важности христианской составляющей в Латинской Америке. Наверное, точнее будет говорить о католической составляющей? Хотя там представлены и другие ветви христианства —в основном, протестантские, Латинская Америка в целом была и остаётся католическим континентом. Тем более сейчас папой Римским под именем Франциска избран —впервые в истории Ватикана —представитель Латинской Америки, аргентинский кардинал Хорхе Марио Бергольо, и в феврале —тоже впервые в истории —на Кубе состоялась его встреча с Патриархом Московским и всея Руси Кириллом.

Станислав ШУВАНОВ. Я уже касался этой, несомненно, отдельной, большой и очень важной темы. Могу сказать, что исторически Латинская Америка всегда вбирала в себя наименее ортодоксальные элементы католической церкви, да и своих исторических метрополий тоже. Видимо, отсюда — и первое в мире государство иезуитов в Парагвае — прототип социального государства, экономическая модель которого успешно действовала более ста пятидесяти лет, став причиной настоящих "крестовых походов" против Парагвая, и родившаяся здесь "теология освобождения", и многое другое. Кстати, на престоле Святого Петра Франциск или, как его принято называть в Италии, "папа Боргольо" оказался не только первым латиноамериканцем, но и первым иезуитом, а во время пребывания архиепископом Буэнос-Айреса он возглавлял ординарий католиков восточного обряда, так что с православным чином литургии знаком не понаслышке. И его встреча с патриархом Кириллом — это, условно говоря, верхушка очень большого айсберга.

Концепция необходимости межцивилизационного сотрудничества между Россией и Латинской Америкой была выработана нашей организацией "Российская служба мира" задолго до этой встречи и, разумеется, вне всякой связи с ней. Но сама эта встреча стала наглядным доказательством правоты и перспективности данного подхода.

"ЗАВТРА". Чем-то латиноамериканский опыт может помочь России? Или, наоборот, российский опыт —Латинской Америке?

Станислав ШУВАНОВ. Понимаете, наши интересы нигде не пересекаются и нигде не противоречат друг другу. Это почти "чистое поле", на котором могут быть отработаны формулы межцивилизационного диалога и сотрудничества буквально во всех сферах современной жизни, что будет иметь важное значение не только для Латинской Америки и России, но и для всего мира.

В этой связи я бы хотел вернуться к работе "круглого стола", о котором говорилось выше и который носил стартовый характер в постановке и проработке проблематики межцивилизационного сотрудничества между Россией и Латинской Америкой. С учётом специфики России и Латинской Америки важное значение имеет достижение взаимопонимания и взаимодействия между их элитами, для чего в нынешних условиях потребуются нестандартные организационные решения и неформальные структуры согласования интересов. Определённый опыт в этом направлении нами уже накоплен и может стать своего рода плацдармом для дальнейшего движения в этом направлении.