Читаем Газета Завтра 339 (22 2000) полностью

Или по-другому, если несколько раз по одному маршруту проехал — неинтересно становится. Я вот столько раз до Питера и обратно ездил, что теперь, если надо там быть, то либо "на собаках" (электричках) поеду, либо на поезд билет куплю. Ехать только для того, чтобы на рейсе экономить и для этого людей напрягать, — смешно.



— Так в чем же цель?



— У каждого своя. Кто-то смотрит мир, другой хочет "въехать", как живут люди в других местах. Другие, вроде меня, пишут про свои путешествия, еще кто-то фотографирует, для кого-то важно прочувствовать самого себя вдали от дома и без денег. Мне лично интересней с людьми пообщаться, чем места посмотреть. Вообще, автостоп предполагает общение с людьми, иначе это уже или пешеходное, или цивильное путешествие. А еще есть один стопщик, который всех за Кришну агитирует: уже 420 тысяч километров так проехал. Или вот мы в Индию ездили: куча народу, и у каждого своя цель. Один ехал посмотреть "святые вибрации", Шамбалу-камбалу, мантры, йогов. Другие Непал хотели посмотреть, горы, третьи — в море покупаться, бананов дешевых поесть. Один вообще поехал туда, чтобы навсегда остаться. Он опередил всех, полгода там прожил до нашего приезда в Ауровиле, городе свободной жизни, — надоело, вернулся обратно. У каждого своя идея, но мы объединены одним маршрутом, едем вместе и никто никому не мешает. Каждый человек автономен, может делать во время путешествия все, что ему нравится. Есть определенные места, где мы вместе встречаемся, вместе делаем визы, а потом можем легко разделиться.



— Где ты сам побывал?



— В этом году мы ездили в Нарьян-Мар по зимнику. В прошлом году было большое путешествие в Судан — самую большую страну Африки — через Грузию, Турцию, Сирию, Иорданию и Египет. Из Судана мы поехали назад в Москву, только через Болгарию и Румынию. И тем же прошлым летом объездили Таджикистан с Киргизией. Таджикистан оставался последней страной СНГ, где я не был. В предыдущем году у нас было уже упомянтутое путешествие в Индию через Грузию, Армению, Иран, Пакистан и обратно. И было путешествие по заброшенной Трансполярной железной дороге с четырехсоткилометровым пешим участком Салехард-Надым. До этого было большое путешествие вокруг Каспийского моря: туда через Грузию, Армению, Нагорный Карабах в Иран до Персидского залива, обратно через Туркмению, Узбекистан и Казахстан; путешествия до Магадана, на Кольский полуостров... Всего проехал около трехсот тысяч километров. Шесть месяцев в году путешествую, а деньги какие нужны, в Москве зарабатываю, книжки пишу, продаю.



— И сколько же было затрачено?



— Всегда трудно отвечать на этот вопрос. Ты едешь, и по дороге деньги всегда кончаются — начинаешь их откуда-то извлекать. Можно подзаработать, что-то продать. И всегда возвращаешься обратно пустым. Или вот взять поездку в Судан. Уезжали люди совершенно разные. У одного было долларов пятьсот, у другого девяносто долларов (притом, что все визы суммарно стоят триста баксов туда-обратно). А когда обратно возвращались, я второму остался должен тридцать долларов! Таких людей в правительство наше надо, чтоб через пять лет МВФ ходил — побирался. Просто когда у человека меньше денег, ему все валится. Ему всегда все дарят, этому второму в Египте, например, сто долларов за так подарили. А с других эти египтяне, наоборот, все деньги лупили. А когда у человека много денег, все вокруг стараются у него вечно что-нибудь спереть: египтяне — они же тоже люди.



— То есть главное, на деньгах не зацикливаться?



— Конечно! Пока ты богатый, тебя будут использовать как белого мистера, будут предлагать дурацкие услуги, втридорога все продавать. А когда денег не будет, тебя будут подвозить бесплатно, все тебе будут дарить, даже нищие индусы какую-нибудь еду на завтрак. У тебя купят твою пуговицу за весьма значительную цену. Все в мире взаимосвязано.



— Но все-таки неужели реально, не имея ни копейки денег, — доехать отсюда, скажем, до Магадана?



— Реально, конечно! Как раз когда мы из Магадана возвращались, мы приплыли в порт Ванино, у нас оставалось десять копеек на двоих, причем еще неденоминированных. И с ними мы поехали через всю страну и нормально добрались до дома. Ведь мир изобилен, в нем есть все, и все у тебя будет, если ты будешь нормально к миру относиться.



— Получается, самое главное в вольных путешествиях, это правильные взаимоотношения тебя с миром?



Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Время быть русским
Время быть русским

Стремительный рост русского национального самосознания, отмечаемый социологами, отражает лишь рост национальных инстинктов в обществе. Рассудок же слегка отстает от инстинкта, теоретическое оформление которого явно задержалось. Это неудивительно, поскольку русские в истории никогда не объединялись по национальному признаку. Вместо этого шло объединение по принципу государственного служения, конфессиональной принадлежности, принятия языка и культуры, что соответствовало периоду развития нации и имперского строительства.В наши дни, когда вектор развития России, казавшийся вечным, сменился на прямо противоположный, а перед русскими встали небывалые, смертельно опасные угрозы, инстинкт самосохранения русской нации, вызвал к жизни русский этнический национализм. Этот джинн, способный мощно разрушать и мощно созидать, уже выпорхнул из бутылки, и обратно его не запихнуть.

Александр Никитич Севастьянов

Публицистика