Газета Завтра 34 (1238 2017)

А те злосчастные бои в пригородном районе Владикавказа, где схлестнулись в жестокой схватке осетины и ингуши?! Эта беда, унёсшая столько жизней, не забыта и по сей день. Беда, в которой погибло множество ингушей и осетин. Среди них — мой русский друг Виктор Петрович Поляничко, приехавший сюда устанавливать мир и сражённый предательской пулей.

Есть осетинское верование, что Господь Бог уронил на Осетию три своих слезы. И там, где эти слёзы коснулись земли, сегодня построены святилища и молятся за погибших, за исцеление раненой осетинской души.

Осетины — это гордость России. В них её державная мощь, многоликость, многоязыкость. Эта великая российская державность породила здесь, в Осетии, могучего осетина, бесподобного россиянина, человека всего мира. Имя ему — Валерий Гергиев. Его музыка, наполненная солнцем, окроплённая слезами, музыка, рождённая среди горестей и побед, сегодня звучит во всём мире. Его недавний концерт среди колоннад и амфитеатров освобождённой Пальмиры был подобен античной мистерии, которой великий осетин прославил небо и землю.

Я побывал в Осетии по приглашению политической партии "Родина" и стремился угадать, в чём эта неповторимая осетинская мечта, питающая своей жизненной красотой общерусскую красоту. Я говорил об этой мечте с владыкой Леонидом, окормляющим не только Осетию, но и соседние Ингушетию, Чечню и даже далёкие Армению и Азербайджан, ибо и там есть русские православные общины. Он сказал, что осетинская мечта есть христианская мечта о вселенском братстве, о райских смыслах, о божественной справедливости, которая роднит осетинский народ со всеми народами мира.

Я говорил об осетинской мечте с главой республики Вячеславом Зелимхановичем Битаровым, который совсем недавно заступил на эту должность, получив в наследство множество мучительных проблем, и над их решением он денно и нощно трудится, окружив себя соратниками новой волны, желающими сделать осетинский народ самым просвещённым и самым счастливым народом. Глава республики сказал мне, что если русская мечта есть храм на горе, подобный тому храму, который я видел в горном ущелье, то осетинская мечта состоит в том, чтобы быть частью этого горнего храма.