Газета Завтра 388 (19 2001)

Подобные нападки можно от случая к случаю услышать от наших неонацистов, и в таких случаях думаешь со вздохом: ну что взять с идиотов. В этот раз дело сложнее, потому что 47-летний Норман Финкельштейн — левый еврей. "Мои верительные грамоты по холокосту безупречны",— говорит он. Его родители пережили сначала Варшавское гетто, затем лагеря. Отец — в Освенциме, мать — в Майданеке. Все другие члены семьи погибли.

После войны Финкельштейны переехали в Бруклин, у них было трое сыновей, они с трудом сводили концы с концами. Норман, кандидат политологических наук, с конца 60-х годов принадлежит к крошечной марксистской группе левых, не пользующихся в США абсолютно никаким влиянием. Плохо оплачиваемому доценту одного из нью-йоркских колледжей с трудом удается удерживаться над чертой бедности.

Отец получал из Германии каждый месяц чек на 600 долларов. Всего ему причиталось 250 000 долларов за ранение головы, которое он получил в Освенциме. Его мать получила после войны единовременное пособие в размере 3500 долларов. Так как она пережила Майданек без видимого ущерба здоровью, дальнейшие претензии должны были покрываться за счет средств, которые Германия перечисляет в Нью-Йорк "Conference on Jewish Material Claims against Germany". "Годами она писала письма, и умерла, не дождавшись ни цента",— рассказывает Финкельштейн.

Безуспешная борьба за ее пенсию ожесточила его, его глаза наполняются слезами: "Так случилось не только с моей матерью, но и с множеством переживших лагеря. Убийственным является тот факт, что она доверяла германскому правительству больше, чем собственным соплеменникам. Немцы платили пунктуально, мошенники из "Claims Conference" — никогда. Моя мать ненавидела их".

Бывший израильский министр иностранных дел Абба Эбан съязвил как-то о еврейских организациях в Америке: "There`s no business like Shoah business". Финкельштейн атакует их с такой яростью, что иногда тяжко следовать его логике. В своей книге "Индустрия холокоста" он утверждает, что почитание памяти о холокосте "украдено бандой американских аферистов и мошенников".

Миллиарды, "которые выкачивались из Германии путем шантажа ложными цифрами", направлялись не жертвам, а исчезали на счетах различных еврейских организаций. Любая критика забивалась "дубиной холокоста" и обвинениями в антисемитизме. "Но на меня нельзя это повесить, я ведь сам еврей. Поэтому они меня так и ненавидят: я для них дерьмо на вечеринке".

РОВНО 200 СТРАНИЦ яда и желчи, словно не написанных, а выплеснутых на страницы книги. Не удивительно, что они вызвали такую же злобную ответную реакцию. Финкельштейн — "полное дерьмо", говорит Элан Штейнберг из Всемирного еврейского конгресса, на которого Финкельштейн обрушился в своей книге. Элие Визель, о котором Финкельштейн отзывается в обидной форме, не желает его "удостаивать ответом". Журналу "Штерн" он заявил, что считает "достойным сожаления, что нашлось такое серьезное немецкое издательство, которое выпустило эту книгу". Леон Визельтир из Вашингтона считает Финкельштейна "отвратительным евреем, который ненавидит сам себя". "Нью-Йорк Таймс" назвала его "идеологическим фанатиком".

В доме, в котором живет Финкельштейн, и по соседству живут много ортодоксальных евреев, многие из которых переселились из Восточной Европы. У него нет контакта с ними. "Я атеист, я слабо разбираюсь в иудаизме. Он меня никогда не интересовал. Иногда я думаю, что американским евреям было бы лучше забыть холокост, вместо того, чтобы открывать его… Я думаю, меня подвергли в Германии разгромной критике прежде всего потому, что все боятся прослыть антисемитами, если согласятся со мной".

"Что сказали бы ваши родители о книге? Не сказали ли бы они: немцам поделом, пусть платят, пока их не стошнит?"

"Ни в коем случае. Они ненавидели немцев всем сердцем. Но им было противно, что эта воровская банда присваивает немецкие деньги".

Я спрашиваю Финкельштейна: "Вы не боитесь, что подкрепляете аргументацию неонацистов?"

Он смеется: "Вы читаете книги? Не я разжигаю антисемитизм, а те мошенники. Взгляните же на этих алчных адвокатов! Как карикатуры из "Штюрмера"!"

"Наши нацисты утверждают то же самое".