Газета Завтра 396 (27 2001)

Будущий театр военных действий представляет из себя крайне неудобную для России конфигурацию. Мы имеем растянутые коммуникации; протяженную границу, большая часть которой пролегает по труднодоступным местностям; крайне неустойчивый тыл. В случае агрессии мы будем иметь автономные зоны боевых действий и наличие формирований противника в тылу. Противостоят ему с нашей стороны 201-я мотострелковая дивизия, около 7 тысяч человек, ГПВ в РТ, после сокращения не более 18 тысяч человек, части таджикской армии и президентской гвардии. Для сдерживания внешней агрессии этого явно не достаточно. С другой стороны, наличествует плохо вооруженная, но хорошо организованная и фанатически настроенная армия, имеющая неограниченную мобилизационную базу в двадцатимиллионном Афганистане и миллионы потенциальных сторонников в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии.

На наш взгляд, попытка "сдать" Афганистан талибам не имеет никакого рационального основания. Нет никаких причин, которые бы помешали талибам после получения полного контроля за Афганистаном направить свои усилия на распространение ортодоксального ислама на государства Центральной Азии. России неизбежно придется в три-четыре раза усилить присутствие своих Вооруженных Сил в регионе. В первую очередь это касается развертывания минимум двух мотострелковых дивизий, значительное увеличение ударной авиационной группировки, укрепление границы как за счет численного увеличения ГПВ в РТ, так и за счет придания ей дополнительной техники, строительства новых пограничных укреплений. Однако эти меры не дают гарантий безопасности на данном направлении, поэтому в ближайшем времени необходимо будет оборудование еще одной резервной линии обороны по границе с Худжандской областью. Однако прорыв границы и отход на эту линию обороны будет означать не только распад Таджикистана и потерю контроля над большей частью его территории, но и распространение Талибана на территорию Узбекистана, выход его к практически незащищенным границам Киргизии. Это значительно ухудшит положение контингента Российских войск. Потеря же Худжанда будет означать выход Талибана на оперативный простор равнинной части Центральной Азии, не имеющей естественных преград, отличающейся слабой плотностью населения и практическим отсутствием собственных боеспособных вооруженных сил. Такое развитие ситуации будет геополитической катастрофой России.

Председатель Совета министров. Благодарю всех присутствующих.

Завершая наше заседание, должен констатировать неутешительный вывод о неизбежном в ближайшем будущем разрастании наркотической зависимости среди граждан России и столь же неизбежном росте сопряженных с этим социальных последствий.

Вынужден признать также, что коррупция в высших и средних эшелонах российской власти дошла до состояния, когда уже можно проводить параллели с самыми коррумпированными и преступными режимами на планете, а масштаб страны делает это явление беспрецедентным.

Ситуация зашла так далеко, что даже адекватные меры по защите национальных интересов, такие, как наращивание военного присутствия в Центральной Азии, приведут лишь к росту наркотранзита через территорию РФ, что связано с колоссальным увеличением транспортных потоков, большой неразберихой и малой степенью контролируемости. Задач же укрепления южных рубежей СНГ эти меры, скорее всего, не выполнят.

В ближайшее время Россия столкнется не только с прямой военной угрозой, но и с невозможностью ее реального отражения как по "традиционной" причине отсутствия достаточных материальных, финансовых средств, развала ВПК, так и вследствие резкого сокращения и без того недостаточной мобилизационной базы. Которая, в основном, сократится за счет повальной наркотизации молодежи призывного возраста и распространением в этой среде сопутствующих заболеваний, которые будут носить характер эпидемии. А это, в свою очередь, неизбежно приведет к популярности идей фундаменталистского ислама среди молодежи, в первую очередь в традиционно мусульманских регионах Северного Кавказа и Повольжья.

В сложившемся положении России не следует надеяться на помощь Запада, поскольку внутренняя ситуация с неизбежностью приближает нашу страну к положению стран-изгоев, и отношение к большой войне в Центральной Азии со стороны так называемого цивилизованного мира будет напоминать отношение к войне между Ираном и Ираком, то есть ни одна из сторон не будет вызывать сочувствия. Надо сказать, что такое положение вещей чрезвычайно удобно Западу, и он будет делать все возможное, чтобы все развивалось именно по этому сценарию.