Газета Завтра 415 (46 2001)

— А Америка куда смотрит? — озадаченно спросил Смыков.

— Америка, — словно отвечая на его вопрос, заметила дикторша (которая, надо сказать, десять лет назад ликующе приветствовала распад Союза), — уже возвратила Аляску нашей Родине и теперь просит гуманитарной помощи, поскольку все западные и восточные ее штаты погрузились на морское дно. Правда, связи с Вашингтоном пока нет: пуэрториканцы, захватив Белый дом, молчат.

Затем дикторша сказала, что сегодня, возможно, пойдет дождь, и исчезла с экрана. Солнце светило вовсю, и Смыков ей не поверил. "Какой дождь? — подумал он. — Ну чего она врет?" Было бы пасмурно, а пока ясно. Впрочем, ясности никакой в голове Смыкова не было. Раздался звонок в дверь, вошел его сосед Зубарин.

— Слушай, — сказал он. — Мы вчера с тобой сколько выпили?

Смыков считать не стал, а задал свой вопрос:

— Ты мне лучше скажи, какая власть на дворе?

— Какая, — ответил Зубарин. — Я так думаю, что татаро-монгольская.

— Это как же понимать?

— А так. Выхожу я утром на улицу, несу бутылки в приемный пункт. А там сидит какой-то мурза с усиками. Тару взял. "А деньги?" — спрашиваю. "Кака деньга? — отвечает. — Иди-иди, дань принес, хорошо". Выхожу я из пункта, гляжу на вывеску. А там написано: "Прием дани у населения великому хану. Без выходных”. Орда у нас теперь, Смыков, орда.

— Время вспять пошло, — убежденно сказал хозяин квартиры, а сам подумал: "Чудны дела твои, Господи!"

— Причем заметь, — согласился Зубарин, — что нас-то и не спросили — хотим мы этого или нет?

— А когда-нибудь спрашивали? Но чего-то уж очень быстро нас вспять несет. Выходит, Куликовскую битву мы уже проморгали с этим пьянством?

Зубарин молча разлил по стаканам.

— Все мы проморгали, все, и без всякого пьянства, — сказал он. — Но что же дальше будет?

— А я знаю, — отозвался Смыков. — Погрязли в грехах, так теперь очищаться надо. Всем. И будет у нас, друг Зубарин, вот что. Дойдем до последней точки, и Русь опять Крещение примет от князя Владимира. Тогда и подниматься станем. Всем миром. Иначе нельзя.

Он хлопнул по радиоприемнику и тот заговорил:

— Срочное объявление. Автобусы к Днепру на крещение отходят каждые полчаса от автовокзала. Повторяю…

Смыков с Зубариным молча переглянулись и стали собираться.

[guestbook _new_gstb]

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random(); z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled()?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 48 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

49

[e-mail] 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

«ОТ ОТЕЧЕСТВА ИЗГОНЯЕМИ...» (Старообрядческий духовный стих)

По грехам нашим на нашу страну

Попусти Господь такову беду.

Облак темныи всюду осени,

Небо и воздух мраком потемни,

Солнце в небеси скры своя лучи,

И луна в ночи светлость помрачи,

Но и звезды вся потемниша зрак,

И дневныи свет преложися в мрак.

Тогда твари вся ужаснушася,

Но и бездны вся содрогнушася,

Егда адский зверь ея разреши,

От заклеп твердых нагло изскочи,

О коль яростно испусти свой яд

В кафолическии красный вертоград!

Зело злобно враг тогда возреве,

Кафоликов род мучить повеле.

Святых пастырей вскоре истреби,

Увы жалости! огнем попали.

Четы иноков уловляхуся,

Злым казнением умерщвляхуся,

Всюду вернии закалаеми,

Аки класове пожинаеми.

Тогда вернии горко плакаху,

Зело жалостно Богу взываху:

"Время лютости, Боже, сократи,

От мучительства злаго защити,

Аще не Твоя помощь сохранит, —

И избранных всех адский змий прельстит".

Ох, увы, увы, лютых тех времен,

Ох, увы, увы, скорбных оных дней!

Како лютый зверь сад наш погуби,

Все древесия вскоре попали!

Аще помянем благочестие

И пресветлое правоверие,

Егда процветал крин церковныи.