Газета Завтра 44 (1249 2017)

Памятная всем капиталистическая революция 1991 г. была сломом советской жизни, которую не сумели вовремя и умно починить и перестроить. С 60-х годов стояла грандиозная задача выхода из мобилизационного, военизированного социализма и создания более подходящей новым поколениям системы без разрушения всего строя жизни. Но старые руководители страны предпочли жить по инерции, ничего не меняя. И произошла революция: наша жизнь обвалилась. На этом месте обычно раздаются вопли: она не обвалилась — её обвалили враги! Враги, дорогие товарищи, есть всегда. Вопрос в том, как мы на них реагируем. Когда в 1941-м году нашей жизни угрожала опасность, люди записывались в ополчение, а в 1991-м такие же простые люди ходили на Манежную площадь стоять против советской власти.

Подлинная заря новой жизни занимается не в момент революции, а позднее. Можно сформулировать парадокс: подлинная революция — это контрреволюция. Творчество нового, строительство на расчищенной революцией площадке начинается тогда, когда старая жизнь разрушена. Вот это строительство и создаёт новую жизнь. Разумеется, никакого возврата к дореволюционному порядку никогда не случается, даже если мы видим какие-то стилистические цитаты из прошлого, как это было и во Франции, и в России. Настоящая реставрация в истории невозможна, как нельзя дважды войти в одну реку.

Строительство на расчищенном поле — это преодоление революции, её массового психоза. Революционные эпохи — всегда массовое безумие. Мы это исторически недавно испытали на себе. Как могло случиться, что нормальные с виду граждане массово уверовали, что, отменив 6-ю статью Конституции, устроив такие или сякие выборы, отдав государственные фабрики, которыми так-сяк управляли знающие люди, в руки невесть каких импровизаторов, мы все вдруг заживём богаче и комфортнее прежнего? Откуда возьмётся богатство? Оно что, создаётся на выборах? Но ведь в это верили! Как свято верили в то, что "так жить нельзя", а потому надо сломать, взорвать, пустить по ветру всю старую жизнь. И стояли на площадях, чтобы потребовать: КПСС, уходи! Подлинное затмение разума, как назвал этот процесс С.Г. Кара-Мурза. И это типично для всех революций — такое затмение.