Газета Завтра 453 (31 2002)

Еще раз обращу внимание читателей на то, что, по словам главы фонда ИНДЕМ, "инвестиции в коррупцию" оказываются приблизительно равны государственному бюджету Российской Федерации, а, возможно, и значительно превышают эту сумму. О каком "инвестиционном голоде" тогда можно говорить, о каком новом привлечении западных кредитов? Причем "бытовая коррупция": на взятки ГАИ, жилищно-коммунальным чиновникам и тому подобное,— в общероссийской коррупции составляет меньше 10%, или приблизительно 20 долларов на человека в год. Девять десятых приходится на коррупцию корпоративно-институциональную — рыба гниет с головы. Но вряд ли эти "накладные расходы" могут превышать 20% от теневого оборота "большого бизнеса" — в противном случае они становятся просто "нерентабельны". Отсюда приблизительный объем российской "теневой экономики" можно определить в 160 млрд. долл. (напомню, это "нижняя планка", а "верхняя" может оказаться даже не втрое, а вчетверо выше). По данным Госкомстата, официальный ВВП России в 2001 году составил порядка 9,3 трлн. рублей, или, по курсу, чуть больше 300 млрд. долл. Следовательно, его реальную величину следует оценить в 460-940 млрд. долл. (с модой в районе 600 млрд.), что делает все споры насчет 4% или 5% "темпов экономического роста" не более чем возней в "кремлевской песочнице". Пусть хотя бы десятая доля теневой России, подобно Абдулле—Гульчатай, "покажет личико" — и видимые "темпы роста российской экономики" могут зашкалить за показатели первых сталинских пятилеток.

Характерно и то, что основным платежным средством в "теневой" сфере является вовсе не российский рубль, а американский доллар. Именно в нем, как следует из вышеизложенного, не только номинируются все трансакции, но и осуществляется их львиная доля (до 85%). Подобное положение дел еще сильнее подчеркивает суть коррупции как "воровства у самих себя", поскольку доллар представляет собой не более чем долговую расписку Федеральной резервной системы США — консорциума частных банков, лишь по букве закона находящегося под наблюдением представителей президента и конгресса как институтов государственной власти. Обращение доллара за пределами американской территории является прямым кредитованием ФРС под отрицательный процент .

ВОРУЮТ ВРЕМЯ

Последний факт давно и хорошо известен, однако "свободные атомы рынка" предпочитают закрывать на него глаза, "пока жареный петух не клюнет" их в предназначенное для того место, до поры до времени успешно заменяющее голову,— видимо, ту самую голову, с которой гниет пословичная "рыба". Высший аппарат исполнительной власти в федеральном Центре и на местах, разумеется, не полностью погряз в коррупции, однако именно сюда ежегодно стекается львиная доля "теневых инвестиций". По данным газеты "Ведомости", за "десятилетие реформ" из бюджетов всех уровней чиновники увели порядка 100-150 млрд. долл. Поэтому, если попытаться дополнительно расшифровать приведенную Сатаровым цифру в 33,5 млрд. долл., ежегодно приходящуюся на "взятки в сфере бизнеса", то соотношение окажется приблизительно таким: 3 млрд. долл. достается муниципальным и местным органам власти, около 9 млрд. долл. — региональным структурам и порядка 21 млрд. уходит в Центр, под которым, начиная с дефолта 1998 года следует понимать не только Москву, но и (отчасти) Санкт-Петербург. И только потом через "партию власти" и другие механизмы парламентского лоббирования "проплачиваются" нужным людям нужные редакции нужных законов. За правовым Liebenraum для себя теневая Россия следит тщательно.

Вдобавок, объективный, хотя и затухающий, интерес вызывает ежегодная "распиловка" госбюджета РФ в Думе. Но все-таки парламент — это "семечки", главные блюда "варятся" и "пекутся" в правительстве, в его министерствах и госкомитетах. Квоты и лицензии, нормы отчислений и налоговые льготы, кредиты и тендеры, аукционы и гарантии — там, где решаются эти и другие подобные вопросы собственности, сосредоточена реальная, весомая, грубая и зримая власть . Именно в этих властных коридорах теневая Россия пересекается с официальной Российской Федерацией, "там на неведомых дорожках следы невиданных зверей..."