Газета Завтра 453 (31 2002)

Как самую свежую, пахнущую терпко и трупно, возьмем битву славян и армян в Красноармейске. Хвастливые и не способные трезво мыслить южане из братской христианской республики Закавказья вознамерились переименовать этот русский городок в Красноармянск. Отпор был получен тотчас же. Ревнители русской национальной идеи, образом своим и подобием отнюдь не соответствующие даже среднему командному звену Красной армии (просто лихие уличные мужики, рядовые и ефрейторы запаса), взяв в руки осколки кирпичей и обломки досок, ринулись на дерзких оккупантов и погнали их по улицам тихого летнего городка.

Ристалище представляло собой как бы пробу сил для будущих серьезных столкновений. Трупов не было. Более того, когда раненые русские и армяне оказались в одной больнице, в соседних палатах, то, обретя способность ходить, они стали интенсивно общаться и, как говорится, круто закорешились.

Некоторая анекдотичность случившегося отнюдь не отражает всей глубины проблемы. Провинциальный Красноармейск, как и вообще русская глубинка, склонен к замирительству и отказу от применения оружия массового уничтожения.

В то время как в нескольких десятках километрах лежащая от него Москва уже обнаруживает в этнических конфликтах смертельный оскал. Здесь представители другой закавказской республики, враждующей с Арменией, может быть по этой самой причине, конкурируя и косвенно доказывая свое преимущество в Москве, являют русскому миру примеры настоящих завоевателей. Вот уже десять лет "азеры" отстреливают в нашей столице своих русских конкурентов по торговому бизнесу. И это без преувеличения можно назвать войной, пусть и с добавкой — криминальной.

Факты таковы, что за последние пять лет от рук азербайджанских стрелков и их наймитов погибли 893 русских человека. Имеются в виду разборки на рынках, стрельба в затылок и поножовщина всех мастей. При этом, конечно, гибли и "азеры", но здесь мы счет ведем только своим. Если есть в Баку газета, подобная нашей, пусть она опубликует черные списки жертв бывшей титульной нации СССР.

Закавказский крест и полумесяц одинаково враждебен русским — и в уличном, бытовом, и экстраполируя, в государственном масштабе, что бы ни говорили дипломатичные министры наших иностранных дел и респектабельные президенты. Опять те же самые армяне, но теперь уже в Ставрополье, и вовсе безоружные, даже очень интеллигентные, являются носителями экспансионистской политики на юге России. Именно они, а не турки и цыгане, как нам вещают с экранов телевидения, представляя собой теневую, долларовую силу, готовы были скупать лучшие пашни этого края, как только было бы получено добро из московской, российской, Думы. Не будь губернатора Ткачева, уже к этому лету половина Ставрополья могла стать армянской.

Как бы не затрагивая русских, но на самом деле, поджигая русский край, тлеет война между осетинами и ингушами. Конец ей могут положить только русские солдаты. Миротворцы или спецназовцы — это в зависимости от того, как далеко зайдет противостояние двух народов России. В любом случае без русской крови там не обойтись.

Говорить о чеченской войне, как о точке столкновения двух рас, двух этносов, уже сколько-нибудь подробно не стоит. В сердце каждого русского эта война засела не на одно поколение.

А если присовокупить сюда войну экономическую, которую ведет против русских еврейский капитал, то получится картина вполне законченная. Лидеры еврейских экспансионистов открыто заявляют, радуясь при этом бог знает чему: 80% капитала в России принадлежит евреям! Недальновидности их и невменяемости по отношению к истории стоит только посочувствовать. Гораздо меньший процент еврейского капитала в Германии привел к Холокосту.

ПОЛЕ БОЯ — ВСЯ СТРАНА

Владислав Шурыгин

29 июля 2002 0

31(454)

Date: 30-07-2002

Author: Владислав Шурыгин

ПОЛЕ БОЯ — ВСЯ СТРАНА

Одной из главных причин, провоцирующих этнические конфликты на просторах России была и остается совершенно убогая, искусственно насаждаемая "национальная политика", формула которой сводится к безличному уравнению "земля = народ". По ней в советское время за каждым народом или народностью были закреплены соответствующие "территориальные наделы". Противовесом местечковому национализму, который в подобных условиях мог легко возникнуть, существовала жесткая интернациональная политика "центра", безжалостно подавлявшего любые подобные проявления. Такое равновесие могло существовать лишь в советской системе отношений, где права собственности на ресурсы, промышленность и торговлю находились в исключительной компетенции государства. Но с развалом СССР интернационализм, как опорный столб государства, рухнул одним из первых.