Газета Завтра 48 (1253 2017)

Помню мертвящий ужас и ненависть, охватившие меня, когда я узнал о взрыве "Боинга" с нашими пассажирами над Синаем. И ночью мне снились летящие в безвоздушном пространстве дети и женщины, как семена из распавшейся головки мака. Мне не забыть той оренбургской степной деревни, где на сельском кладбище высилась гора цветов над могилой героя сирийской кампании Александра Прохоренко.

Сирийская война обожгла Россию, была войной не только за Алеппо и Пальмиру, но и за русские города и селения, за их благополучие. Это была не только победа российского оружия, не только мужественная борьба сирийской армии, не только отважные операции ливанской Хизболлы и иранских Стражей Исламской революции. Это была блестящая победа новой российской дипломатии — дипломатии Сергея Лаврова.

Сегодняшняя Сирия, сохранившая территориальную целостность, разделена на три зоны влияния: турецкую, иранскую и российскую. Каждая из этих стран гарантирует умиротворение на подконтрольной ей территории. Добиться этого триумвирата, который не включает в себя высокомерную Америку, и есть гармония интересов трёх держав, отношения между которыми осложнялись то сбитым турками российским бомбардировщиком, то российскими санкциями, направленными против Ирана. Это согласие установлено в результате изощрённой работы наших дипломатов. Они сумели найти хрупкий баланс пульсирующих интересов всех государств Ближнего Востока, всех мировых держав, которые считают ближневосточную нефть источником своего благополучия. И вот баланс, казавшийся невозможным, найден. Разрастающийся ближневосточный конфликт был взят под контроль. Кризис, который выглядел неуправляемым, извергавший на Европу сотни тысяч обезумевших, разгневанных, стенающих беженцев, — этот конфликт нашёл своё разрешение. Президентами России и Сирии было объявлено о завершении военного процесса и начале процесса политического. Объединить все имеющиеся в Сирии группировки, сочетать их интересы, создать политические и общественные каналы, по которым эти интересы найдут свой путь в большую политику, в выборный процесс — этот этап, не менее мучительный и сложный, чем военный, уже начался и будет продолжен. Сирийская драма прошла свою кровавую стадию и вступила в стадию изнурительной политики.