Газета Завтра 48 (1253 2017)

В фильме героиня говорит, что все они – выпускники МГИМО, только разных годов. Мне кажется, это необоснованное сужение темы. Я в МГИМО не училась, я училась в инязе им.М.Тореза в незапамятные застойные времена конца 70-х. У нас атмосфера обожания Запада и жажды заграницы была густа и безальтернативна. Забавно, что преподаватели нам постоянно говорили, что мы-де «бойцы идеологического фронта»: соприкасаясь с иностранцами, мы должны уметь дать надлежащий отпор вражьей пропаганде. Как дружно и зло мы осмеивали всю это коммуняцкую белиберду, как тогда казалось! Какая борьба? Скорее бы приложиться к этой сладостной загранице и забыть, как страшный сон, все эти «славы КПСС», политинформации и разговоры об этапах общего кризиса капитализма. Как дружно презирались общественно-политические дисциплины, которые полагалось изучать в течение всех пяти лет. Чушь, совковая агитка! Она необходима, чтобы получить пропуск в вожделенный дивный мир Запада, но сама по себе – увольте. Помню, тогда из желания выпендриться и быть «не такой, как все» (юности свойственно это стремление) я посещала все лекции по этим предметам. Это сильно напоминает известные слова Василия Розанова, сказанные накануне революции: нынче быть вольнодумцем – значит отстоять обедню и уважать государя императора. Такое состояние умов, безусловно, предшествует развалу. Он и произошёл: и при Розанове, и при нас. Революция – это всегда развал.

Мой муж, учившийся в тот же период в матклассе ныне знаменитой 57-й школы, рассказывал, что не стал поступать на физфак МГУ, а пошёл в МФТИ, поскольку был утомлён, как он выражался, «еврейско-диссидентской тусовкой», которая правила у них в классе и нацеливалась на МГУ.

В начале 80-х годов мне довелось недолго потрудиться в Минвнешторге. Там я обогатилась таким речевым оборотом. "N. уехал в длительную командировку в Италию". - "А сколько он ЖДАЛ?" Находясь в "этой стране", можно было только ЖДАТЬ, ждать истинной жизни, которая начинается только ТАМ. Об этом говорит герой фильма Родионов, которому расхотелось поступать в МГИМО, когда услышал разговоры студентов о том, как ужасно, когда приходится возвращаться на родину. Верное наблюдение: в те годы похвалой удачливому карьеристу, произносимой со смесью зависти и восхищения, было: "Из заграниц не вылазит".