Читаем Газета Завтра 49 (1098 2014) полностью

Александр ХОДАКОВСКИЙ. Гражданская война - не их, это универсальное определение. Но это формальный подход к данной войне, когда не вдаются в причины и истоки этого конфликта. Ведь он возник потому, что третьи силы, более глобальные, создали условия для него. Россия на протяжении многих лет не вмешивалась во внутреннюю политику Украины. И даже официальные органы, которые должны заниматься этими вопросами, в очень щадящем режиме выстраивали взаимоотношения с Украиной, чтобы, не дай Бог, не спровоцировать какие-то последствия.

Наше сопротивление - это движение против того поступательного системного натиска со стороны сил Запада, которые как начали со времён Трумэна своё давление, так и продолжают. И сейчас это движение, шаг за шагом, дошло до наших рубежей. И здесь очень хорошо бы посмотреть на карту.

Мы стараемся это постоянно разъяснять людям, не стремимся к упрощенческим подходам. Можно, конечно, сказать, что это война с нацизмом, с фашизмом, но это идеологизированный подход. Очень сложно широким массам усмотреть подспудное воздействие Америки на события, что здесь происходят. Мы-то прекрасно понимаем, что за всем этим стоит, особенно если проведём спектральный анализ произошедших событий, начиная от подготовки майдана до сегодняшнего дня. А основной массе надо это объяснять.

Александр ПРОХАНОВ. К вам это понимание пришло мгновенно, или была эволюция? Ваш личный выбор как произошёл?

Александр ХОДАКОВСКИЙ. Особого выбора и не стояло, была предопределённость. Как только создались условия, при которых эта предопределённость должна была сработать, она себя проявила. С точки зрения психо-эмоциональной выбор у меня не был тяжким, как у некоторых людей, которые вошли в протестное движение.

Александр ПРОХАНОВ. Всё равно это изменение уклада, новый образ жизни, новая роль. Преображение происходит в человеке.

Александр ХОДАКОВСКИЙ. Разумеется. Когда ты сталкиваешься с тем, что твой родной город бомбят и твои близкие теряют жизнь или здоровье, внутри тебя всё вспыхивает, и всё спрессовано настолько, что отдельные ощущения вычленить почти невозможно. Глобальные изменения не оставляют места частным ощущениям или рассуждениям. Такие события, что сейчас происходят, случаются раз в эпоху. На Гражданскую войну походит, когда ломались мировоззренческие устои, людям приходилось переформатировать свои жизненные представления.

Здесь что-то подобное. Ведь брат на брата идёт в этой ситуации. И надо обязательно дифференцировать ту массу, среду, с которой мы воюем, которой мы противостоим. Есть люди заблуждающиеся, поддавшиеся пропаганде. Человек легко поддаётся любой обработке на уровне бессознательного. Им говорят - они верят. Они не убеждённые, а поверившие, поддавшиеся обработке.

А есть убеждённые. Которые сознательно сделали свой выбор. Это националисты с элементами исповедания фашизма. А есть просто люди в погонах, выполняют приказ. Они не хотят воевать!

Александр ПРОХАНОВ. То есть это не тотальная война?

Александр ХОДАКОВСКИЙ. Конечно, не тотальная.

Александр ПРОХАНОВ. Но если смотреть на города, что от них осталось, - это тотальная война.

Александр ХОДАКОВСКИЙ. Смотря что понимать под тотальной войной.

Александр ПРОХАНОВ. Это когда вы врага не дифференцируете, и он воспринимается просто как чистое зло.

Александр ХОДАКОВСКИЙ. От этого перехода нужно себя удержать. Потому что работа с автоматом - это сотая доля процента всей борьбы. На сегодняшний день более важна идеологическая борьба с противником. Мы стараемся ликвидировать те фантомы, которые создаются в отношении нас, якобы мы - исчадие ада, олицетворение всего самого тёмного, ненавистного разумному, цивилизованному. Показываем, что мы - нормальные люди, у нас есть убеждения, ради которых мы ввязались в эту кровопролитную войну.

И мы делегируем им наше понимание, среди них есть масса людей, которые просто что-то недопоняли. Наша задача - сделать так, чтобы они услышали нас, переформатировали своё отношение к тем событиям, к которым они сейчас под давлением своей пропаганды относятся вот так.

Александр ПРОХАНОВ. В этой войне было несколько этапов. Как бы вы их определили?

Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика