Газета Завтра 49 (1201 2016)

За последние годы понятие "актуальный" приобрело грязноватый оттенок, если не сказать — тухлый душок. "Актуальное искусство" — и в сознании возникает непременная ахинея с… бессмысленным смыслом и ещё каким-нибудь нетрадиционным ракурсом. Хулиганство под видом духовных исканий. Дурь в формате "дискурса". Угар и содомия под лозунгом: "Я так вижу!". Поэтому сама вывеска "Актуальная Россия. Среда обитания" сразу настораживает. В заметке Владимира Богданова (для сайта ARTinvestment.RU, посвящённого не только творческому горению, но, главным образом, инвестициям в искусство), по сути, содержится декларация: "Косвенно такой проект может способствовать пусть не исчезновению, но снижению накала противостояния между различными неформальными "клубами", "тусовками" и течениями в мире актуального искусства…".

Резюме: российская интеллигенция разделилась на лагеря и партии, не имеющие никакого отношения к ваянию-живописи. Всё круто сдобрено политикой, идеологией, враждой: Крым наш или не наш? "Пусси Райот" — хулиганки или свободные акционистки? 90-е — время свободы или эра упадка? Цензуре — да?! Или цензура — дура? Лично я полагаю, что в этом противоборстве важнейший смысл нашего бытия: искусство должно отражать борьбу идей и смыслов, однако автор Богданов, как и многие его коллеги, с этим не согласен: "Нарастающее противостояние "либералов" и "патриотов", конфронтация по принципу "кто не с нами, тот против нас" негативно сказывались на художественной жизни. Страдали отношения между участниками арт-процесса, обострялась манипуляция административным и финансовым ресурсами, сокращались экспозиционные возможности, появлялись "закрытые клубы", не подпускающие к ресурсам "чужаков".

Примечательно, что выставку посетил сам Владимир Мединский — человек современный и, я бы сказала, продвинутый. Никакой иронии тут нет — он действительно таков. По аналогии (и на контрасте) вспоминается визит царя-Никиты в Манеж. То был отдельный перформанс: разгром и акт ненависти с прибаутками да эпитетами. В принципе, Хрущёв повёл себя как настоящий… художник-акционист. Не таков наш Мединский — он способен к диалогу и никого не обзывает, что похвально. "Нас часто упрекают в двух вещах несправедливо: во-первых, это то, что мы слишком увлекаемся историей и исторической пропагандой, а второе — это то, что мы не любим современное искусство. Мы решили одним ударом развеять оба этих мифа…", — сказал министр, и эти его слова были тут же растиражированы всеми масс-медиа.

Что касается самой выставки, она производит двоякое впечатление. С одной стороны, много интересных, волнующих работ, а с другой… ощущается скучноватая вторичность. Причём сия вторичность даже не вуалируется. Постоянные перепевы (ну, ладно, переосмысления!) Эрика Булатова, Виктора Пивоварова, Гелия Коржева, смешение-микширование, аллюзии, воспоминания. Пост-постмодернизм как он есть. Это стоит посмотреть, и на это не нужно злиться. Даже в современной моде нет прорывов, но есть тренды, которые ежегодно выуживаются из бабкиных сундуков XX столетия.

Экспонаты расположены в соответствии с концептуальной задачей, а потому в каждом зале — свой настрой. "Горизонт", "Взгляд", "Город-фабрика", "Среда обитания" — таковы смысловые ниши. К примеру, "Горизонт" — это не что иное, как освоение сюжетов и приёмов Эрика Булатова — художника, умеющего запечатлеть свою тоску по открытому пространству. Все его небосводы, переходы и свечения в конце туннелей трактовались по-разному: и как попытка вырваться из уз тоталитаризма, и как борьба с личными депрессиями. Устроители сообщают: "Что такое горизонт после Эрика Булатова? Весь XX век горизонт был перекрыт идеологией". И далее — тема освобождения от политики, дискурсов и всего прочего, что мешает: "Мы, наконец, приходим к распахнутым горизонтам". Правда, сложно понять, о каком "освобождении от дискурса" можно говорить, когда перед нами странноватая и нарочито корявая реплика на хрестоматийную работу Булатова "Горизонт", выполненная арт-группой Tajiks-Art. Впрочем, повышенный интерес к булатовским наработкам замечен не только в разделе "Горизонт". Сергей Гета в "Сотворении" использует всё ту же заученную технику: белые силуэты взяты целиком из Микеланджело и совмещены с "соц-артовскими" небесами а-ля Эрик. Работа "Дискобол" — не менее хрестоматийный образ, разве что на фоне изысканно-зелёной волны. Это, безусловно, красиво. Но это — осетрина той самой свежести. Сюда же можно отнести картину Егора Плотникова "Океан" ("5 км вдоль океана"). Аллюзии неизбежны и, по-моему, обязательны.