Газета Завтра 753

Н.А. Сергей Федорович, так было с 1992 года — кто тут с вами может поспорить. Но так ли есть теперь? На исходе минувшего года президент Путин на форуме его сторонников в Лужниках заклеймил тех в прошлом власть имущих, которые "презрительно называли отечественное сельское хозяйство "черной дырой" и отрицали необходимость государственной поддержки села". Нынешняя же высшая власть вроде бы и продекларировала принципиально другой взгляд на аграрную политику и по-новому ее начала проводить. Рождение в Кремле в 2006 году приоритетного национального проекта по сельскому хозяйству — разве это не начало той долгожданной поддержки нашим государством нашего села, которой оно было лишено почти 20 лет?

С.Л. Слава Богу, что этот нацпроект на свет Божий появился. Я знаю, что предусмотренные в нем меры государственной помощи крестьянству Министерство сельского хозяйства предлагало ввести еще в 2000-м, в первый год правления Путина. Но на предложениях Минсельхоза ставили крест вседержители макроэкономики в Министерстве финансов и Министерстве экономического развития и торговли. Только через 6 лет предложения Минсельхоза дошли до Путина. Но то, что он их в 2006-м одобрил, и то, что первый вице-премьер Медведев энергично приступил к их же реализации, является благом для аграрно-промышленного комплекса. Благом несомненным. Хотя очень-очень относительным.

Нацпроект по сельскому хозяйству — это оказание экстренной помощи тяжело раненному на поле боя. Вот тебе, друг дорогой, бинты, йод, мазь — в сей момент мы твое положение облегчили, надежду на выживание тебе подарили, а дальше — как рок вывезет. Русский крестьянин — очень живуч. Даже капля государственной поддержки позволила придать импульс в развитии сельского производства. Но эта капля по большому счету производство от краха не спасает.

Н.А. Бочку деревянную, прежде чем класть в нее капусту на закваску, заливают водой, чтоб она набухла и потом не протекала. Скромные капвложения по нацпроекту можно ведь рассматривать как своего рода пробу: покапали мало-помалу, чтобы выяснить — где возможно утечка. На базе же нацпректа была разработана 5-летняя программа развития сельского хозяйства, которая, по словам аграрного министра Алексея Гордеева, "существенно расширяет масштабы государственной поддержки села". Вас и эта программа тоже не устраивает?

С.Л. Меня, как, полагаю, и любого человека из Агропрома, не устраивает все, что по большому счету предписывается ведомствами нашей макроэкономической политики. А в упомянутой вами программе — последнее слово было за ними. История программы такова. В конце 2006 года, видимо, по инициативе Путина или Медведева, Федеральное собрание приняло Закон о господдержке села. Закон установочный — надо обеспечить. Конкретные цифры расходов государства на поддержку Законом вменялось определить специальной комиссии. В нее вошли представители трех министерств, четыре депутата Госдумы и четыре члена Совета Федерации. Я был одним их них. Мы собрались и разошлись ни с чем. Наша делегация доложила председателю палаты Сергею Миронову, что Министерство финансов и Министерство экономического развития допускают лишь символическое увеличение вложений в село, и что мы с тем соглашаться не намерены. Сергей Михайлович нашу позицию одобрил: липовый вариант в Совете Федерации не пройдет. Кто и как вразумлял Минфин и Минэкономразвития, я не могу сказать, но принципами они слегка поступились. Дали добро на хоть как-то устроивший комиссию вариант программы — на поэтапное возрастание расходов государства на агро-промышленный комплекс в среднем ежегодно в два раза в течении пяти лет. Веско звучит: в два раза! Это хорошо в сравнении с тем, что было до 2008 года, но это не ведет ни к возрождению, ни, тем более, к выходу нашего сельского хозяйства к новому уровню развития и по-прежнему обрекает российское крестьянство на уничтожение в конкурентной борьбе на мировом рынке продовольствия со всеми вытекающими отсюда последствиями для страны в целом.

У нас в настоящее время все, повторюсь, все дотации государства селу — и на производство, и на дороги, и на жилье и бытовую сферу, и на подготовку специалистов составляют 1,1 процента расходной части бюджета.

В Европе государства только на прямые дотации сельхозпроизводству тратят от 10 до 20 процентов их бюджетов.

У нас на гектар пашни от государства перепадает 3 евро, в Европе государства в южных широтах вкладывают в таковой же гектар 300, а в северных — 2000 евро.

Над большей частью России солнце отнюдь не столь ласковое, как в Средиземноморье, и ее за Уралом не согревают теплые морские течения, как Северную Европу, но российский крестьянин в 666 раз, прости Господи, за дьявольское число, получает меньше, чем североевропейский.