Газета Завтра 759 (23 2008)

Ставшая, в некотором роде, содержанием внутренней жизни Церкви, заочная полемика и идейное противостояние между епископом Диомидом Чукотским и митрополитом Кириллом Смоленским на первый взгляд носят сугубо политический, локальный характер. О столкновении консервативной и либеральной тенденций внутри Церкви можно говорить с большой долей условности. Некоторые светские социологи, чуждые языку богословия, склонны видеть в епископе Диомиде обскурантиста, сторонника изоляционизма, наследника идеи "железного занавеса". В то же время митрополит Кирилл представляется таким социологам как живое воплощение идеи всемирности и толерантности. Но в том-то и дело, что язык банальной политологии не раскрывает ни смысла, ни значения возникшего напряжения между двумя известными всей стране архиереями.

Впрочем, речь идет не только и не столько о скрытом и заочном богословском споре, но о различных типах религиозного сознания, которые в течение веков проявляли себя в рамках единой Церкви.

При всем уважении к упомянутым иерархам, следует отметить, что истинная полемика между ними вряд ли возможна из-за сухости и недостаточности представленных позиций. Отрывочные параграфы обличительных посланий чукотского архиепископа натолкнулись в Даниловом монастыре на "глухую оборону". В итоге владыке Диомиду было вменено нарушение церковной дисциплины. Последовало нечто вроде строгого выговора.

На этом можно было бы поставить точку, если бы существующее противостояние не имело мощной проекции как в сегодняшней жизни Церкви, так в тысячелетней ее истории. Да и сама душа русского народа, кажется, разделена.

Случившийся некогда спор между иосифлянами и нестяжателями в условиях настоящей эпохи переплавился в напряженный диалог Устроителей и Обличителей.

Оговорюсь сразу, что оба этих типа православного сознания являются, на мой взгляд, драгоценным даром всему обществу. Они же - громкое свидетельство подлинной напряженной жизни внутри самой Церкви.

Быть может, не всегда означенные типы представлены ярко и определенно. Иногда в одной православной судьбе присутствуют и сменяют друг друга периоды обличительства и устроительства. Не всегда характеры и мировоззрения явлены в химической чистоте. Но так или иначе, названные тенденции присутствуют в церковной жизни, во многом определяя направление её движения.

Прежде чем вглядеться в эти две матрицы религиозного мышления, еще раз вернемся к давнему спору.

20 мая сего года исполнилось ровно пятьсот лет со дня кончины Нила Сорского - главного выразителя направления нестяжателей. В его лице был представлен тип аскета, созерцателя, богослова-исихаста. Преподобный Нил многие годы подвизался на Афоне, вывез со Святой горы представления о мистическом Православии.

Его оппонент, преподобный Иосиф Волоцкий - ярчайший церковный и государственный деятель, прирожденный политик, строитель, непримиримый борец с ересями, сторонник обрядовости, апологет устава и жесткой монастырской дисциплины.

Иосифляне, отстаивавшие право монастырей на землевладение, и противостоящие им Белозерские старцы и нестяжатели принадлежали к одной матери-Церкви. Но сколь различными были их представления об устройстве монастыря, о священных пророчествах, о роли и смысле государственной власти.

Вопросы, связанные с мерой украшения храмов, с величиной и богатством монастырских ризниц, с размером церковных наделов, - эти вопросы волновали многих. Сама княжеская власть колебалась, подразумевая к тому же свой интерес.

Но одним из внутренних глубоких моментов, выявляющих красную черту, по которой впоследствии пройдет трещина Раскола, стал вопрос эсхатологии.

В этом вопросе Иосиф Волоцкий выступил как подлинный модернизатор. В своем знаменитом богословском труде он "отодвинул" на неопределенное время ожидавшееся тогда (по истечении седьмой тысячи лет от сотворения мира) светопреставление.

Следует особо отметить, что эсхатологические знания во многом составляют основу христианского учения. Само воплощение Слова, явление мессии-Помазанника Господа нашего Иисуса Христа - согласно пророчествам есть начало Последних времен. И хотя времена и сроки нам неведомы, ожидать Конца света мы, как христиане, вправе в любой момент.

Наш век, пропитанный мукой, тревогой, неопределенностью, отмеченный зловещими всемирными процессами, создает потрясающую духовную оптику. И дилемма, столь ярко выраженная в споре святых Нила и Иосифа, вновь встает в полный рост перед православными христианами России ХХI века.

Бежать ли от этого мира в леса, в скиты, в катакомбы, на далекие заимки? Брать ли с собой семьи и спасать детей от рыкающих бесов технотронной цивилизации, открывшей свои жидкокристаллические зевы? Спасаться ли от электронного миропорядка, покусившегося на божественное в человеке? Встать ли на путь воина-мученика, партизана последней войны за человека, за Церковь, за Христа?