Газета Завтра 770 (34 2008)

В названии документа (очень правильным, кстати, образом) зафиксированы стороны конфликта — Грузия и Южная Осетия. Но тогда они и только они, вступив в конфликт, должны договариваться о способе выхода из него. И принципы выхода должны отвечать их субъектности. Соответственно, в соглашение категорически не может быть введен пятый принцип, который осуществить может только Медведев, а не Кокойты. Пятый принцип должен был быть сформулирован так: "Южная Осетия обращается к России с просьбой о возвращении Вооруженных Сил России на линию, предшествующую началу боевых действий".

Вот тогда соглашение по своему содержанию стало бы соглашением между Саакашвили и Кокойты. А Россия не попала бы в ловушку, которая буквально является "ловушкой правосубъектности": "Вы упомянули в соглашении пункт, отвечающий вашей и только вашей правосубъектности (обязательство России вернуть войска на линию, предшествующую началу боевых действий)? Вы по факту такого соглашения стали стороной соглашения, а значит, и стороной конфликта".

Медведев, естественно, выполнил бы просьбу Кокойты. Но ловушки бы не было! Россия не дала бы мировым игрокам никаких (и именно никаких!) оснований для превращения себя в сторону конфликта. В любом же другом случае эти основания возникают. Можно спорить о том, в большей или меньшей степени. Но ведь возникают! Не так ли?

Они ловушку правосубъектности подготовили. Мы в нее попали. На Западе взвыли от восторга, когда это произошло. Просто взвыли!

Установив факт ловушки, содержащейся в бездискуссионных "невинных" пунктах ("отказ от применения силы" — кем? "немедленное приостановление боевых действий" — чьих?), и особенно в пятом, обратимся к шестому пункту, ставшему предметом дискуссии. Той самой дискуссии, которая закончилась (по просьбе Николя Саркози) согласием российской стороны на редакцию, предложенную Михаилом Саакашвили.

Шестой пункт в нашей первоначальной редакции звучал так: "Начало международного обсуждения вопросов будущего статуса Южной Осетии и Абхазии и путей обеспечения их прочной безопасности".

Всего-то! Предлагалось лишь начать обсуждение будущего статуса Южной Осетии и Абхазии. Поскольку начав, можно кончить чем угодно или ничем, то это очень скромная сатисфакция!

"Ах, сатисфакция! — закричат. — Имперская логика! Вы не народы спасаете, а что-то заполучаете!"

Конечно, когда США вошли в Ирак, они несли порабощенным народам свободу и демократию. Ну, прямо крупными буквами это написано было у них на лбу! Мы анализируем смысл игры или хотим подменить сухую игровую логику эмоциями и причитаниями? Ну, хотели спасти осетинский народ (и, между прочим, наших граждан) от геноцида. Действительно хотели, и что? И абхазов хотели спасти. Хотели — и спасли. Но только по ту сторону ломберного стола в это никто никогда не поверит. А, поверив, станет неслыханно презирать. Нельзя выигрывать (и даже не проигрывать), отбрасывая игровую логику. А также политическое рацио, не имеющее ничего общего с имперской наступательностью и обязательное для всех, кто хочет выжить.

Итак, мы возжелали лишь утешительного приза ("начать обсуждение") и… получили отлуп. Казалось бы, разгромленный агрессор должен выплатить какую-то политическую контрибуцию. Но оказывается, что хотя он и агрессор, и очевидным образом разгромлен, диктовать условия будет он. Что мы впутались во что-то, и сами выпутаться не можем, а "дорогой Николя" дает нам последний шанс.

Мы впутались или нас впутали? Вопрос риторический. Нас очевидным образом впутали. Впутал, как все говорят, Буш ("злой следователь"). А выпутывает Саркози ("добрый следователь").

Это-то и называется "Большая игра"! А также "балканский сценарий", "победа без войны" и так далее. Партнера по игре загоняют в ситуацию, при которой любой ход ухудшает его позиции: "Не дашь отпор кровавому хулигану — от тебя отпадет Северный Кавказ. Разгромишь хулигана — к тебе приедет Саркози. И ты будешь платить хулигану политическую контрибуцию, а не наоборот".

Игрок сначала должен добиться от противника именно очень маленькой и почти незаметной ошибки. Он ее называет "зацепка". Добившись такой ошибки, он потихоньку начинает ее развивать. Тот, против кого играют, должен опомниться только тогда, когда уже будет поздно. "Коготок увяз — всей птичке пропасть". Шесть пунктов и их коварное содержание, которое мы обсуждаем, — это типичная игровая "зацепка".

Пройдет пара месяцев. О том, как рухнула хваленая армия Саакашвили, забудут. И о геноциде осетин забудут. А вот об этой "зацепке" не забудут никогда. К ней будут явным и неявным образом апеллировать. Её будут усугублять. Это-то и называется "разыграть". Не разыграют? Хочется верить.