Газета Завтра 800 (12 2009)

Просыпаясь без сна и веселья,

Засыпая без ночи и дня

Без прощения и на коленях.

Зазеркалье не для меня.

У последнего моря

Остаются тела.

Просто юность героев

Ушла.

Подлинный радикализм проявляется по-другому. Нет смысла противопоставлять реальной жизни наивные фантазии. Сначала своя чёткая жёсткая позиция. Любое "анти" неизбежно рискует раствориться в том, что отрицает, стать его подобием. Многие экстремальные идеи прошлого десятилетия ушли вслед за врагами-оппонентами. "Мир на закате" скорее созвучен антропологическим пессимистам, которые не готовы смотреть на человечество сквозь розовые очки социального переустройства.

Основанием подлинного восстания против современного мира является не социально-политический, но внутренний человеческий импульс. И далеко не каждый способен открыть его в себе.

Ещё в ранних проектах Сантима ощущался мощный культурный бэкграунд. Так и "Мир на закате" полон аллюзий на "философов подозрения", разнообразных странных писателей, неполиткорректные доктрины. Композиция "Кошки" на текст самого Г.Ф.Лавкрафта. Кстати, так описывали Лавкрафта биографы: "Он любил кошек и мороженое, Древний Рим и старинную колониальную архитектуру своего родного Провиденса. Он обожал восемнадцатый век и сверхъестественное, астрономию и книги лорда Дансени. Он ненавидел современность и механизацию…". Сантим вполне может примерить многое из списка: Рим, старая архитектура, прошлые века и отношение к настоящему как к подлому времени. И даже с астрономией есть параллели, пусть знаменитая композиция "К звёздам" и утверждает Плоскую Землю.

Это не комично-политизированный поход "в европейцы". Это соотнесение себя с образцами европейской культуры. Зачастую "на Европу" претендуют те, кому до неё как до Луны. Повёрнутая на Запад голова не является свидетельством европейства. Для многих музыкантов быть в Европе — это записаться в Германии, покидать камешки в фонтан Тревизо, выпить хорошего пива. Полнота ощущений исчезает в нагромождении фактов. Для Сантима — Европа — нечто волнующее, близкое и далёкое, обретаемое и теряемое. Это исконная Европа, не нынешний Запад, в котором "американцы сберегли самые обветшалые элементы европейской культуры, сохранили только тот отвратительный и утративший всякую силу современный миф, который составлен из рационализма, механицизма и меркантилизма" (Дриё Ла Рошель).

Занятие вполне для русского художника — поиск себя, оснований собственного мира через обращение к высоким образцам мировой культуры. Посему и апокалипсис здесь носит не личный, и даже не национальный характер. Речь идёт уже о судьбе белой христианской цивилизации.

Но сказано: "Конец цикла есть конец иллюзии".

Звонко,

Звонко хрустит снежок.

Только

Ангел летит на восток.

Гаснет

Свет. Пол-Европы во мгле.

Место

Забыть о добре и зле.

Как можно выжить живому

В бойне на этой земле.

Где находится дальний остров Туле.

Чем завершится эпоха,

Дойдя до переднего края.

Только Россия знает.

Только Россия знает.

Тит ТАК!

Кризис стучится в двери и окна русского народа. Он вываливается из почтовых ящиков вместе с повестками о повышениях тарифов на свет, газ и горячую воду. Огорошивает отцов семейств вестями о разорении фирм, об остановках предприятий. Звенит в ушах сообщениями о неожиданных сокращениях и увольнениях. Рябит в глазах от зловещего мелькания цифр на ценниках в магазинах, что означает, по всей видимости, "бешенство цен". Изношенная структура жизнеобеспечения страны скрипит, стонет и грозит разрушиться. Денежный ручеек, дающий жизнь городам и весям обобранной родины, иссякает, на глазах превращается в неверную капель, вырождается в больничную диету, когда в "час по чайной ложке". Недостаток средств приводит к тому, что еще вчера замазанные пробоины государственного суденышка сегодня дают течь, а вроде бы потушенные в трюмах пожары — разгораются по-новой.

И в этой ситуации единственным окном, через которое не лезет в дома кризис, остаётся телевизор. Там, пусть и поредевшие, но по-прежнему мощные когорты хохмачей обливают народ тёплыми помоями своих сальностей и двусмысленных шуток. В нем всё те же фильмы, прославляющие мощь Америки и её крутых парней, которые нет-нет, да и "грохнут" в весёлом экранном режиме очередного русского, "отягощенного злом".