Газета Завтра 801 (65 2009)

Примерно в том же ключе, похоже, рассуждают и западные продюсеры, сделавшие ставку на Болливуд. То, что независимый англо-индийский фильм, который поначалу вообще собирались выпускать лишь на DVD, минуя прокат, собрал столько наград — не досадное недоразумение, чудо или прихоть ошалевших от кризиса "киноакадемиков". Уже сейчас кинокомпания "Уорнер Бразерс" не жалеет средств для раскрутки первой индийско-китайской ленты "Из Чандни Чоук в Китай" со звёздами Акшаем Кумаром, Митхуном Чакраборти и Дипикой Падуконе. Недавно стало известно и то, что единственный стоящий режиссёр современности Вуди Аллен остался под таким впечатлением от работы Фриды Пинто в "Миллионере из трущоб", что решил задействовать её в своём новом фильме. Картина будет сниматься в Лондоне этим летом, и партнёрами Фриды станут Наоми Уоттс, Джош Бролин и Энтони Хопкинс. Дев Патель также при делах — контракт на главную роль в новой ленте Найта Шьямалана ("Шестое чувство", "Неуязвимый", "Таинственный лес") у него в кармане. На подходе и запуск нового беспрецедентного проекта, где на съёмочной площадке столкнутся Роберт Де Ниро и сам Баччан. И исход этой битвы, уверяем вас, не оставляет Бобу Де Ниро никаких шансов.

Мировому кино плохо, его колбасит, как новорождённого Бенджамена Баттона. И если и без того больной кинематограф не предпримет "хождение за три моря", то участь его будет незавидна. Взлёт "Миллионера" просто и незатейливо объясняет зрителям — привыкайте ребята, теперь вы будете смотреть именно это. Как выразился по этому поводу один московский журналюга, перед нами "индийский продукт, адаптированный к атлантической аудитории, чтоб нашим не стыдно было слезами обливаться". Однако мало кто из тех, кого "Миллионер из трущоб" привёл в восторг, понимают, что, в сущности, они подсели на индийское кино. Горячий привет Зите и Гите, как говорится! Они и не подозревают, что "Миллионер" при всех своих достоинствах — далеко не предел, видали мы Болливуд и покруче. Что будет, если показать им фильмы с участием Шахрукха Кхана, окровавленного, озверевшего и романтичного сеятеля смерти? Половина женской аудитории нашей страны просто сойдёт с ума.

Ну а теперь о главном. В каждой статье от нас требуют сделать вывод, вывести на проблему, так сказать. Постоянный автор нашей газеты Тит, пару номеров назад преступно называя "Миллионера из трущоб" голливудским кинопродуктом, задавался вопросом: "Как же быть? Как сломать систему чужих, навязанных извне, образов? Как вырваться из-под "колпака"? Как сбежать из сачка нам, уловленным Голливудом поколениям? Как перестать быть объектом манипуляции? Тот, кто ответит на эти вопросы, станет поводырем и спасителем нации. Он выведет русский народ из-под удара. Вычеркнет его из подлого сценария, где ему уготована роль злодея-неудачника". Не знаю, какое отношение к "Миллионеру" имеет русский народ, но в контексте надвигающихся событий в вопросе кто окажется сильнее — голливудские холмы или болливудские ландшафты, право на победу остаётся за последними. Тем более что за последние 30 лет Индия радикально обошлась с американским кинонаследием, выпекая римейки один за другим, словно лепёшки-роти для бедного населения. Только настоящих чувств в них стало побольше — индийского зрителя не проведёшь на мякине. Как вопрошал маленький еврей Оська в книжке Льва Кассиля "Кондуит и Швамбрания": "А если кит на слона налезет, кто кого поборет?". Пока уверенно побеждает слон.

Фёдор Гиренок БЕСКОНЕЧНАЯ ПУСТОТА

Недавно 1-й канал центрального телевидения показал фильм Калатозишвили "Дикое поле". Показ завершился обсуждением, в котором приняли участие московские интеллектуалы. О чем же этот фильм?

Калатозишвили рассказал о докторе, который живет и работает в полупустынной местности, — вероятно, где-то на Кавказе. Его окружает нечто, похожее на океан Лема, из которого время от времени необъяснимым образом возникают и в котором также по непонятным причинам растворяются коровы, лошади и люди. Иногда из этой бездны появляется ходячий порядок в виде милиционера и затем вновь исчезает в пространстве скрытой от нас жизни. Оттуда порой появляются и пациенты доктора. История каждого пациента могла бы стать целой новеллой, но не становится. Что сделало фильм и вместе с ним позицию режиссера невнятными. Сценарий, замыслы режиссера и фактура фильма существуют сами по себе, то есть не случился их эстетический синтез.

Вначале я думал, что "Дикое поле" — это что-то вроде "Урги" Михалкова. Я думал, что это рассказ о некоем пространстве дословного, подлинного. Потом я понял, что никакого дословного, никакого мифа, который бы обслуживал это дословное, в фильме нет. Я понял, что герои фильма живут в принципиально необживаемой бесконечности. Чтобы её обжить, её нужно сделать конечной. А для того чтобы появилась конечность, нужен миф. Но режиссер этого, кажется, не понял.