Газета Завтра 862 (21 2010)

     В стихотворении нет ни одной законченной мысли или концепции, ни одного завершенного пейзажа. Всё — отрывочно, сбивчиво, двусмысленно. "Кошмарный делир" породил вообще все "мечты и познанья" в целом свете или только в голове героя? Этот герой, этот "ты" на протяжении шести строф предполагается и уничтожается, мы имеем дело лишь с его фрагментами и разрозненными атрибутами. Очевидно это важная персона, если у него древние притязанья, если его ждут и зовут:

     Немыслимые эоны,

     Гибель везде и нигде,

     Зовы, песни и стоны

     Тебе на темной воде.

     Более или менее логично обосновать "ты" невозможно. Сплошная фрагментарность. Как только "ты" начинает оформляться, эти формы распадаются в непонятных призывах, резких, неизвестно куда нацеленных порывах, энигматических идеях и странных пейзажах:

     Тропики в клочьях пены,

     Деревья на дне морском,

     Исступленной бездны

     Изначальный закон.

     Какое отношение к этой бездне имеет "ты" — совершенно неясно. Готфрид Бенн лишь отчасти разделяет высказывание Малларме, что "поэзия делается из слов, а не из мыслей", и совсем отрицает метод "автоматического письма" сюрреалистов. Его лирика отличается глубиной и продуманностью, сложность его стихотворений легко избегает какой-либо трактовки. Мы откровенно не поняли главной логической линии. Впрочем, это и не входило в нашу задачу. Мы просто хотели отметить непривычную функциональность личных местоимений в общем контексте современной поэзии, что отнюдь не облегчает ее понимания. Изменилась грамматическая когерентность стиха. Если раньше поэзию читали для удовольствия, теперь положение изменилось. Поэзию надо изучать. Вопрос "зачем?" иррелевантен.

2

Тит ТАК!

Всё сущее со временем становится дорогим и привычным, оцарапанным, благородно-поблекшим, страдальчески-вымученным и мудрым. В архитектурном и монументальном жанре, тем паче. И даже возьмем пресловутого Петра на Москва-реке. Разве не овеяли его сквозняки, метели и чахлые листики Нескучного сада, летящие по воздуху через тяжелое сито Крымского моста? Да и не под ним ли, не под Петром, что похож на восставшего здоровенного таракана, робко, пробно целовались парочки, спрятанные за кулисами зимы, скрытые за тяжелыми портьерами московского снегопада? И не сего ли Петра взрывали нетерпеливые дети. Обложив монумент со всех сторон шербетом, они, затаив дыхание, ждали, когда дрогнувший великан фатально рухнет, снеся чугунной головой гранитный парапет Кропоткинской набережной. Но шербет расклевали вороны. А дети сами превратились в часть композиции Шемякина на Болотной площади. Да, все это было, было, было! И будет нестерпимо жалко продавать чугунную громадину Зураба назад в Португалию, на цветной и безликий лом…

     Стеклянные ларьки, повсеместно прилипшие к столичной сталинской старине… Простые, как надгробия, банковские здания, отлитые из бетона на месте содранных бульдозерами палат столичного центра… Пропитанные мрачной заморской мистикой бруски и пики громадного Сити… Всё это незаметно стало частью нашей жизни. Что ж, властители промежуточного века рухнут, их деньги превратятся в капустную гниль, а архитектурная оплетка исчезнувшей эпохи останется. Она будет хранить некоторое время память о прошлом, но не долго! Уродство вскоре превратится в странность, странность в экзотику, экзотика — в сказку.

     Как только сгинет отвратительное содержание повсеместных архитектурных форм, мы — как народ — моментально полюбим эту дикую свистопляску. А стеклобетонную требуху используем по своему усмотрению. Превратим недостроенные небоскребы в колоссальные скворечники. Памятники людской дикости и алчности отдадим под райские птицефабрики. Тогда миллионы новых птиц поразят округу бесчинством на сотни верст. И над солнечным планшетом воробьиного города пронесётся весёлое чёрное облако и окутает знакомую разлапистую фигуру на Москве-реке — памятник шагающему неизвестно куда российскому Колумбу. И тот вскоре станет теплым и белым как мраморная античная статуя, затерянная среди развалин и зелени.

бухгалтерский учет бухгалтерские компании москвы 4 оказание услуг по бухгалтерскому обслуживанию

2

Андрей Смирнов ШНУР-РОК

РУБЛЬ. "Сдачи не надо" ("Союз") 2010.

     Вспоминается определение Гарика Осипова (правда, по другому поводу) — "новые приключения Шнурика".

     Осенью 2008 года Сергей Шнуров распустил группировку "Ленинград" и объявил о старте проекта "Рубль". С подзаголовком "антикризисный" — музыкантов стало раза в три меньше, "Рубль" — это квинтет. Сделать рубль конвертируемым — непростой ход, исходя хотя бы из экономической конъюнктуры.

     1 февраля прошлого года вышел виниловый сингл с четырьмя песнями в качестве приложения к журналу "Русский Пионер".

     25 декабря на сайте группы был выложен материал для сборки альбома "Сдачи не надо" — на данный момент там двадцать семь песен.