Газета Завтра 895 (2 2011)

В отличие от акварели, созданной художником, изометрический эскиз предельно точен и представляет собой довольно правдоподобное с архитектурной точки зрения изображение здания. При этом за подобным изображением не обязательно стоит проект, разрабатываемый в течение многих лет. Это может быть свободной архитектурной фантазией, предположением, разработкой, исследованием новых концепций, реализацией на бумаге смелой идеи или вовсе средоточием геометрических объектов. Именно по таким изображениям мы можем уловить архитектурную мысль, заглянуть внутрь процесса создания архитектурных шедевров прошлого.

Удивительно наблюдать за масштабностью мысли. Каждый архитектор той эпохи старался выделить своё здание, сделать его уникальным, но что ещё важнее — практичным. В отличие от проектов массовой застройки, появившихся позднее, эти строения несут в себе частицу величественной космической гармонии, они будто бы стараются оторвать внимание людей от бесконечно затягивающей в себя рутины и заставить их заглянуть дальше, за светлеющий горизонт, устремиться ввысь.

Эпоха конструктивизма и сталинской архитектуры миновала, оставив нам множество памятников и множество вопросов. Откуда пришли все эти фантастические идеи? Как они отразились на сегодняшней реальности? Строения молчат, они всё так же непоколебимы и величественны, будто гости из некоего светлого грядущего. Может быть, в архитектурных рисунках их создателей кроются многие ответы?

Выставка работает до 10 февраля в здании по адресу: ул. Воздвиженка, д.5. Проезд: м. "Библиотека им. Ленина", "Арбатская".

Справки по телефону: + 7 [phone].

Сергей Яшин ГНЕВ ГАНЕШИ

Подлинный кладоискатель не ищет сокровище ради обогащения. Его просто увлекает процесс. В ночь летнего солнцестояния он направляется в заповедные рощи, кои озаряются вспышкой энигматического Цветка. Найденное сокровище не сулит ему ничего хорошего. В лучшем случае кладоискателя ждёт смерть.

Истинный Герой не спасает принцессу, дабы возвести её на брачное ложе. Ему претят семейные узы и домашний очаг. Ему нет дела до того, что спасённая дева обернётся драконом, коим и была пленена. Что ему до гибели в пасти роскошного монстра?

Взыскующий тайного Знания не надеется на спасение. Его не пленяют сотериологические посулы. Возможны ли гарантии на пути Гнозиса? Не является ли Смерть подлинным Откровением?

Мы не ошибёмся, если скажем, что и клад, и принцесса, и потаённое Знание суть одно. Нечто беспощадное. Пребывающее по ту сторону Жизни и Смерти. Сборник стихотворений сверхагрессивной шедевристки Кати Ганеши "Белокурая бестия" (Магнитогорск, 2010) — одновременно и сокрытое сокровище, и каприз принцессы, и весть абсолютной аннигиляции. Псалтирь Пустоты. Белая икона, на коей лики растворились в ослепительности Солнца и стерильности полярного снега.

Сверхагрессивный шедевризм — предельно жёсткий ответ (ответ Предела) не только постмодернистическому, но и любому дискурсу, отменяющий то, что при любом упоминании заставляет хвататься за револьвер (Сверхревольвизм).

Blitzkrieg! —

Как резкий крик орла.

Смотри: культура —

Умерла!

Культура, сие незадачливое дитя профанизма, расстреляна в упор. Огненные змейки пробегают по обуглившимся свиткам. Роскошные хищники празднуют великолепную тризну. Так называемое "культурное пространство" преобразуется в экспериментальную лабораторию запредельной и одновременно тотально невинной жестокости. Сей топос несёт смертельное Благовествование всем "пушистым" и "прекрасным".

Белокурая бестия,

Змеекудрая пассия,

Рви же всех,

Кто пушистее

И конечно —

Прекраснее!

Стоит ли сомневаться. Разорвёт, безусловно.

Отметим и то, что Katyagressa не нападает без предупреждения. Хотя для неё такая возможность потенциальна. К примеру, ниндзя (настоящий, а не являющейся продуктом made in USА), знает, что "спящий" должен быть убит. Дабы он, "спящий", не реализовал себя и не испортил бы свою карму. Но, в отличие от "воинов ночи", крадущаяся в ночи Хищница жаждет сопротивления, дабы доказать жертве (себе она ничего не доказывает) фантомность самосохранения. А бегство только стимулирует охотничьи инстинкты.

Бегите! Со мною опасно!

Жрец Чёрный всех режет

На Красном.

Бегите! Бросайте знамёна!

Жрец Красный всех режет

На Чёрном.

Сей сборник можно поименовать гримуаром сверхагрессивности. Каждое стихотворение — инвокация нечеловеческих энергий. Каждая рифма — змеиный узор окончательного и неподлежащего обжалованию приговора.

Снежинками Смерти летая,

Я буду всегда — на Краю!

Я Ангелов книги листаю,

Но… Змея Узор узнаю.