Газета Завтра 922 (29 2011)

Когда законопроект представлялся в первом чтении, вся думская пресса слеталась к малому залу ГД с нескрываемым недоумением. Все бегали и спрашивали, что же такое незаурядное происходит, что впервые за все время истории Думы и проведения заурядных круглых столов лоббировать законопроект одновременно пришли министр и вице-премьер, буквально рассыпаясь в признаниях, что этот закон удовлетворяет все гуманитарные ожидания международных организаций.

Чтобы увидеть весь кошмар гуманитарных ожиданий в данном законопроекте необходимо перевести на язык нормальных людей чудовищные юридические конструкции.

Основная же парадигма заключается в смене приоритетов медпомощи. Теперь это не спасение и помощь в первую очередь, а бесплатная охрана здоровья (сложно представить охранника в белом халате), бесплатная пиар-пропаганда здорового образа жизни в тоннах макулатуры и гигабайтах пиар-пузырей и платные медуслуги на оставшиеся деньги.

В проекте закона об этом чётко указано в пт. 2 и 3 статьи 2 "Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе":

"2) медицинская помощь — медицинская услуга или комплекс медицинских услуг;

3) медицинская услуга — медицинское вмешательство или комплекс таких вмешательств, которые направлены на профилактику заболеваний, их диагностику и лечение, а также на медицинскую реабилитацию, имеют определенную стоимость и оказываются медицинскими работниками;"

Статью 6 "Доступность медицинской помощи" приведу целиком:

"1. Принцип доступности медицинской помощи означает свободный доступ граждан к медицинским услугам независимо от географических, экономических, социальных, организационных или языковых барьеров, а также своевременное оказание медицинской помощи.

2. Доступность медицинской помощи обеспечивается:

1) наличием и квалифицированностью медицинских кадров;

2) применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи;

3) возможностью выбора медицинской организации и врача;

4) транспортной доступностью медицинских организаций (медицинских работников)".

Как мы видим — ни единого слова про государственные финансовые гарантии доступности медицинской помощи.

Однако функции контроля государство не только оставило за собой, но и углубило, фактически дезавуировав понятие врачебной тайны. В статье 8 "Соблюдение врачебной тайны" читаем в пункте 4:

"Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается:

10) при осуществлении государственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности в соответствии с настоящим Федеральным законом".

Данный подпункт №10 допускает расширительное толкование и в современных реалиях может быть истрактован как угодно. И это ещё не предел.

Возвращаемся к статье 2 "Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе":

"9) медицинская деятельность - профессиональная деятельность по оказанию медицинских услуг, ...а также по заготовке органов и тканей , обращению донорской крови и ее компонентов в медицинских целях;

10) медицинская организация — юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы и формы собственности ... В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели , осуществляющие медицинскую деятельность;"

Одинокий ПБОЮЛ в рыночной палатке по статусу теперь медицинская организация со всеми правами — в том числе, если сильно подсуетиться с лицензированием, с правами на заготовку органов и тканей .

Было бы смешно и попахивало бы коспирологией, если бы в тексте проекта закона не было бы статьи 43 "Донорство органов и (или) тканей человека и их трансплантация (пересадка)". Читаем очень внимательно:

"2. Изъятие органов и (или) тканей у живого донора допустимо только в случае, если по заключению врачебной комиссии медицинской организации с привлечением соответствующих врачей-специалистов его здоровью не будет причинен значительный вред.

3. Изъятие органов и (или) тканей для трансплантации (пересадка) допускается при наличии информированного добровольного согласия живого донора , достигшего восемнадцатилетнего возраста (за исключением случаев пересадки костного мозга).

4. Пересадка органов и (или) тканей человека допускается при наличии информированного добровольного согласия реципиента, достигшего восемнадцатилетнего возраста, а в отношении несовершеннолетнего или признанного недееспособным реципиента — при наличии информированного добровольного согласия одного из его родителей или иного законного представителя ".