Газета Завтра 944 (1 2013)

В.И. Это правда, потому что ансамбль выражает идею честного пения и настоящих песен. За двадцать пять лет жизнь, конечно, в нашей стране изменилась очень сильно. Но те ориентиры, которые были приняты ансамблем на момент создания, оказались настолько устойчивы и верны, что не изменились за эти годы. Страна поменялась, а мы остались прежними. Поэтому творческое время внутри ансамбля бежит не с той скоростью, как меняется историческое время в нашей стране. Да, потребовалось десять лет для того, чтобы создать "Азовское сидение". Ведь создать его можно было только тогда, когда ты прочувствуешь, что пелось, как эти люди жили, чего они хотели и против чего они боролись. Утвердить то главное, о чём сказано в "Азовском сидении", в литературном памятнике XVII века. 

"ЗАВТРА". Что всё-таки такое "Казачий Кругъ"? Есть ощущение, что вы нечто большее, чем просто творческий коллектив. 

В.И. Я считаю, что главным в "Казачьем Круге" для его участников является желание и возможность петь вместе. Внутреннее желание петь в каждом заложено, но возможностей петь в городе очень и очень немного. Тем более, петь коллективно. Казачья песня воздействует на какие-то бессознательные центры ощущения, понимания. Сам звук, сама техника пения очень многое рождают в человеке. Пробуждают какую-то память. Поэтому неминуемо создается особое взаимопонимание между поющими. Народное пение воспитывает внимание к психологическому состоянию товарища, к его физическому состоянию, что он может спеть, а что не может. Достаточно сказать, что мы ощущаем, кто в какую секунду вздохнет, уже не говоря о том, кому и как надо помочь, кого нужно исправить по высоте звука. Так создается хорошее пение. 

"Казачий Кругъ" — больше, чем музыкальный ансамбль, потому что вместе осуществляется погружение в культуру и в то счастливое состояние казака в родной стороне. Все становится понятно, проясняются причины и следствия. То, что хорошо, становится ясно и хорошо. То, что плохо — воспринимается плохо. Самое главное — появляется сила принимать хорошее и спокойно отвергать плохое. Это у поющих казачью песню проявляется и проясняется очень чётко за пять-десять лет пения. Человек становится цельным и его очень тяжело спихнуть на какой-то ложный путь. У него есть правильное понимание жизни, и он спокойно живет.

"ЗАВТРА". То есть, песня вас фактически перестраивает?

В.И. Песня настраивает. Современный человек может много читать, знать, но песня она конкретизирует эти знания. Она их соизмеряет, сопоставляет. Нельзя рассказать на практике, как человеку плыть или как ехать на велосипеде. Если говорить о мужских взаимоотношениях, то пение их воспитывает. Амбиций в пении очень-очень много. На сколько ты можешь притушить свои амбиции и насколько ты можешь вытерпеть амбиции поющего. Ведь мы вместе создаем произведение. Человек многое узнает и о себе, и о людях, с кем поет. Потом двадцать пять лет с некоторыми участниками мы фактически прожили. С кем поём по три-четыре года — относим к молодёжи, хотя это заслуженные люди. Самому старшему нашему участнику, Николаю Никифоровичу, года семьдесят три, а самому молодому — тридцать пять лет.

"ЗАВТРА". Где проходит граница "Казачьего Круга", кто входит в состав, как пополняется ансамбль? 

В.И. Есть объединение "Казачий Кругъ". В него входят люди, которые занимаются боевыми искусствами, и те, кто занимаются коллекционированием и изучением костюма, и художники, и наездники. 

Однако, пение — дело тонкое. Для того, чтобы петь хорошо, нужно знать человека. Когда человек приходит в ансамбль, сначала он не поет. Какое-то время сидит, прислушивается. Потом начинает петь на репетициях, к нему привыкают. Проходит время — не месяц и не два, а год, два, три, четыре — он постепенно становится участником ансамбля.

"ЗАВТРА". Как вы выбираете свой репертуар? Что точно не будете петь?

 Н.Т. Материала много, но то, что ложится на сердце, то и делаем. Песня приносится в "Казачий Кругъ", её пытаемся, как говориться, попробовать на язык, на слово, на чувства. Постепенно привыкаем, пытаемся воспроизвести.