Газета Завтра 961 (15 2012)

И все же главным фактором деградации исторической Москвы явилось определение приоритетов при выборе мест приложения инвестиционного капитала и требуемых территорий под бизнес-проекты. К таковым были отнесены участки заповедного центра, обладавшие наибольшим историко-культурным потенциалом и привлекательностью. Именно они стали рассматриваться в качестве зоны торгово-развлекательного, офисного и представительского назначения, сулившего рентабельность освоения с 3-4-летним сроком окупаемости. Сфера же культурного наследия для инвесторов и "эффективных" собственников здесь осталась невостребованной как малопривлекательный и планово-убыточный сектор вложения инвестиций.

Поэтому московская власть сделала ставку на таких инвесторов, пренебрегая мировым опытом государственной поддержки культуры. Манипулируя общественным мнением через подконтрольные СМИ, она приняла тактику противоправной радикальной реконструкции этих территорий под видом их регенерации и реставрации.

В ходе реализации утвержденного в 1992 году единого Генплана развития Москвы и Московской области до 2010 года Москве был нанесен невосполнимый урон. В этот период 60% всех иностранных инвестиций в столице оказались сосредоточенными в границах Садового кольца, т.е. на 2% ее территории. Высокая рентабельность возводимых в историческом центре объектов привела к застройке всех имеющихся здесь свободных участков. Образовавшийся дефицит свободных площадей способствовал тому, что руководство города принялось активно высвобождать территории с уже сложившейся городской застройкой. При этом с насиженных мест из только что отремонтированных домов под надуманным предлогом аварийности сгонялись жители, а сами дома либо сносились под размещение новых объектов, либо переводились в нежилой фонд. Реставрация же памятников здесь плавно переходила в бизнес — строительство. 

За короткий период нанесен значительный ущерб панораме Кремля, Красной площади и Китай-города из-за строительства в прибрежной части Замоскворечья крупномасштабных объектов, обезобразивших эту часть города и образовавших в ряде мест непроницаемый "фронт" застройки перед кремлевской панорамой. 

Никаких мер воздействия в отношении непосредственных разрушителей памятников и руководителей города со стороны служб охраны памятников, правоохранительных органов и руководства страны не принимается. И этому есть свое объяснение. 

Контролирующие и надзорные органы столицы, в числе которых: Инспекция государственного архитектурно-строительного надзора (ИГАСН), Объединение административно-технических инспекций (ОАТИ), Мосгосэкспертиза, Москомнаследие и Прокуратура г. Москвы, а также существовавший до недавнего времени территориальный орган — Управление по Центральному федеральному округу Росохранкультуры, — либо входят в состав московского Правительства, либо от него зависят. Как правило, они работали в связке, подыгрывали друг другу, превратившись по существу в бюро по регистрации пожеланий инвесторов и Правительства Москвы. Многие годы перечисленные организации в интересах руководства города закрывали глаза на творящееся в столице беззаконие, продвигая разрушительные проекты реконструкции исторически значимых территорий.

ПрактиЧески все уничтоженные памятные здания исчезли с карты Москвы после того, как попали в собственность частных лиц, акционерных обществ и различных коммерческих структур. Заявленное в ходе передачи этих памятников приспособление их под "культурное" использование оказалось блефом, поскольку собственники зданий были заинтересованы, прежде всего, в значительном выходе полезных площадей и освоении подземного пространства, что гарантировало рентабельность реконструируемого объекта, но полностью исключало его физическую сохранность. Московское руководство и городские службы были прямо заинтересованы в таких собственниках и потворствовали им как потенциальным плательщикам в городскую казну.