Газета Завтра 970 (27 2012)

Эти павшие воины незримо оставались вместе с нами в самые грозные и страшные минуты нашей истории. В девяносто первом году, когда разрушался Советский Союз и русская цивилизация в её красных советских ризах была обречена на истребление, а вся русская история сворачивалась в чёрный свиток и загоралась? как береста, эти павшие воины сберегли нам нашу родину, не дали нам пропасть бесследно, оставались с нами, когда смерть и несчастья косили нас. И мы, пройдя через ад девяностых годов, уцелели и выстояли. А они, эти красные святомученики, продолжают нас сберегать, не дают упасть и погибнуть.

Красная эра, как бы её ни чернили враги, как бы ни засыпали грязью красное победное знамя, эта красная эра священна, ибо она породила священную победу. Сонмы святомучеников всеми миллионами своих невидимых рук водрузили над рейхстагом знамя победы. 

Мой отец погиб под Сталинградом в сорок третьем году. И эти безвестные красноармейцы — все они — мои отцы, которые втрое младше меня. И я, оглаживая бархат красного гроба, оглаживаю гроб отца. И, кидая песок в переполненные гробами могилы, я кидаю песок в могилу отца. И все мы: собравшие эти кости по оврагам и опушкам, погребающие их на сосновой поляне, развешивающие над могилой кадильные дымы, рыдающие под звуки оружейного салюта — мы отдаём наши сыновьи долги павшим отцам. Искупаем свои перед ними вины. Участвуем в будущем их воскресении — воскресении из мёртвых, которому учил великий русский космист Николай Фёдоров. 

Пасхальное восстание из праха, о котором проповедовал Христос, смертию смерть поправ, это воскрешение возможно. И когда-нибудь, пусть через тысячу лет, здесь, на опушке, разверзнется могила, и из неё встанут в рост прекрасные, чудесные в своём воскрешении молодые люди с ангельскими светоносными лицами. И если это будет зима, берёзы вокруг покроются зелёными листьями, а в снежных полях распустятся райские цветы. 

Поисковики, чьи отряды множатся год от года, движутся к полям былых сражений от кольских скал до крымских горячих гор. Без понуждения, без поощрения государства, движимые одним только загадочным чувством любви и вины собирают останки погибших отцов. Этих людей всё больше. Их труд беззаветен, побуждающие их чувства таинственны и возвышенны. В своей работе они встречаются со смертью, встречаются с бессмертием, встречаются с грозной и великой русской историей, исполненной жертв и побед. 

Государство, которое посылало в бой безвестных солдат, которое уцелело благодаря их героической смерти, выглядит бездушным и бессовестным, отворачиваясь от этих непогребённых костей. Оно не уцелеет, если над каждым из убитых не прозвучит надгробное рыдание. Оно, государство, не сможет строить города и заводы, пускать звездолёты, учить и исцелять, если не соберёт с полей великой брани останки героев и не воздаст им высшие военные и религиозные почести.

Мы сидим за поминальной трапезой. Передо мной — старик с тёмными, как реки, морщинами, может, последний ветеран войны, доживающий свой век среди этих калужских селений. Лица русских старух прекрасны в своём тихом озарении. Вице-губернатор в чёрном костюме, запорошенном красным песком. Мы все — народ, все — братья, все — дети великих отцов, все, кому предстоит добывать священную русскую Победу. Небо над нами сочится тихим дождём. Не плачет, а мироточит. 

Рекомендуем к прочтению:

Раскалённые камни Чернобыля

Православная бомба

Город Крымск: либеральная утопия

Святой танк

Дружина отца Александра

Реклама

Комментарии

Arik_Shkarpetkin , [деактивирован] time datetime="2012-07-04 06:02:38.065303" 04.07.2012 06:02 time

комментарий скрыт

Krasapeta , time datetime="2012-07-04 11:49:20.233491" 04.07.2012 11:49 time