Гений войны Кутузов. «Чтобы спасти Россию, надо сжечь Москву»

Наступил критический момент сражения на измор. От Наполеона требовалось быстрее Кутузова сманеврировать своими резервами на поле боя. Но уже к 8.30 утра французский император ради усиления постоянного давления на русский левый фланг вынужден был бросить в бой почти все свои резервы. В запасе остался лишь долго сберегавшийся Бонапартом «для исправления ошибок» неприкосновенный запас, его прославленная гвардия – Старая и Молодая…

…Контуженный Даву, уже четырежды раненный Ней и Мюрат, в его прострелянном и иссеченном «павлиньем» наряде, уверяют Наполеона, уже потерявшего немало лучших генералов, что его войска хоть и медленно, но верно овладевают намеченными целями. Они настойчиво просят Наполеона двинуть в решающую атаку на попятившийся русский левый фланг и их отчасти пошатнувшийся центр «святая святых», гвардию! Они даже умоляют: «…Пусть Молодая гвардия издали следует за ними! Пусть она только покажется, заменит их на захваченных высотах! Тогда они в состоянии будут докончить!» Но Наполеон недовольно ворчит в ответ на просьбы-мольбы: «Еще ничто не определилось! Я хочу ясности на моей шахматной доске». Маршалы настаивают…

Кому-то показалось, что, поддавшись их уговорам, Бонапарт собрался было ввести в бой, чтобы развить успех и разбить русскую армию, гвардию?! Но не всю, а лишь Молодую и Вислинский легион графа Клапареда! Вот-вот последует знаменитая на весь мир отмашка белой императорской перчаткой и короткая, как выстрел, команда: «Гвардию – в огонь!» И вдруг:

«Казаки!.. Казаки!!. Казаки!!!»

Это слово как заведенные с ужасом произносили примчавшиеся на взмыленных конях адъютанты Дельзона.

Глава 16Спасительный «ход конем»: КПД кавалерийского рейда Уварова и Платова…

Увидев, что левый фланг и центр русской армии зашатались и французы могут прорвать русские позиции, Кутузов успел-таки сделать своевременный «ход конем»!

Около 10.30(правда, кое-кто из историков склонен сдвигать это время чуть ли не на полтора часа раньше!) Кутузов приказал Уварову и Платову совершить атаку на левый фланг и тыл французов, дабы дать русскому левому флангу время на занятие новых позиций и укрепление их с помощью правофланговых сил, спешно перебрасываемых на угрожаемый участок русской обороны. Рассказывали, что кутузовский приказ якобы звучал коротко и доходчиво – как выстрел – «Напасть и пропасть, если необходимо!» Правда, в обход слабо охраняемого левого фланга неприятельских войск были брошены не все 27 эскадронов регулярной кавалерии с 12 конными орудиями генерала Ф. Ф. Уварова и 50 сотен казаков с 12 конными орудиями атамана Платова, т. е. ок. 10 тыс. всадников (чуть ли не 1/3 всей русской кавалерии!), а лишь 5 тыс. (по 2500 донцов и легкоконных уваровцев). (Впрочем, кое-кто из исследователей склонен несколько увеличивать численность конного отряда за счет большего количества казаков – до 7 с лишним тысяч всадников.)