Гений войны Рокоссовский

Сталин согласился принять Теддера. Однако его надолго задержала в Каире нелетная погода. Это вынудило Черчилля 6 января снова обратиться к Сталину: «Если он (Теддер. – Авт.) еще не прибыл к Вам, я буду благодарен, если Вы сможете сообщить мне, можем ли мы рассчитывать на крупное русское наступление на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение января[599]». Сталин немедленно ответил. Несмотря на то что Черчилль просил не о помощи, Сталин связал начало наступления Красной Армии со стремлением оказать содействие союзникам. Он сообщил, что советское командование решило «ускоренным темпом закончить подготовку и, не считаясь с погодой, открыть широкие наступательные действия против немцев по всему центральному фронту не позже второй половины января[600]».

Первыми начали наступление армии 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, которые с 12 января по 3 февраля 1945 г. провели Висло-Одерскую стратегическую наступательную операцию. В ходе операции они вышли на р. Одер, захватили важные плацдармы на его левом берегу и овладели Силезским промышленным районом.

На день позже, 13 января началась Восточно-Прусская стратегическая наступательная операция, характеризовавшаяся исключительной напряженностью и ожесточенностью боев. Главные силы 39, 5 и 28-й армий 3-го Белорусского фронта в условиях ограниченной видимости (туман) приступили к проведению Инстербургско-Кенигсбергской операции. К исходу 14 января они смогли вклиниться в оборону противника всего на 1,5—7 км.

В сложных условиях началось 14 января и наступление войск 2-го Белорусского фронта. К началу Млавско-Эльбингской операции пошел мокрый снег. Опустился туман. За несколько часов до начала артиллерийской подготовки Рокоссовский вместе с членами военного совета, командующими артиллерией, бронетанковыми и механизированными войсками, 4-й воздушной армией, начальником инженерных войск фронта прибыл на наблюдательный пункт. Уже рассвело, а ничего не видно: все скрыто пеленой тумана и мокрого снега. Рокоссовский, посоветовавшись с генералом Вершининым, отдал распоряжение – отменить всякие действия авиации.

Ровно в 10 часов утра по команде Рокоссовского началась артиллерийская подготовка. В течение 85 минут артиллерия обрабатывала позиции врага, и в первые часы боя активность его войск была незначительной. Густой туман мешал использовать артиллерию на всю ее мощь. Пехота атаковала, взаимодействуя, по существу, только с танками и орудиями непосредственного сопровождения. Со второй половины дня противник стал переходить в контратаки, применяя и танки, но войска фронта везде продвигались вперед. В ходе тяжелого боя на направлении главного удара действовавшие здесь армии первого эшелона – 48-я, 2-я ударная, 65-я и 70-я – не смогли полностью выполнить задачу дня. Они лишь вклинились в оборону противника от 5 до 8 км. На правом крыле фронта, на участке 50-й армии, противник в прежней группировке прочно удерживал рубеж по Августовскому каналу, отражая все попытки соединений армии потеснить его на отдельных направлениях. На участке 3-й армии после артиллерийской подготовки войскам удалось с незначительными потерями овладеть двумя траншеями и, продолжая бой с противником, все усиливавшим сопротивление, продвинуться к концу дня от 3 до 7 км.

С утра 15 января враг начал ожесточенные контратаки. Войска 50-й армии по-прежнему сковывали противостоящие силы неприятеля. Против 3-й армии противник, стянув за ночь большие силы, перешел в наступление, введя в бой части моторизованной дивизии «Великая Германия» и новые пехотные части, поддержанные мощным артиллерийским и минометным огнем.

Командующий 3-й армией генерал Горбатов рассчитывал возобновить наступление в девять часов, но противник сумел его упредить. Он в 8 часов 20 минут начал артиллерийскую контрподготовку огнем двадцати трех артиллерийских, семнадцати минометных батарей, нескольких дивизионов шестиствольных минометов. Артиллерийская контрподготовка продолжалась 10 минут, после чего пехота и танки противника перешли в атаку. Поскольку приближалось время начала артиллерийской подготовки, Горбатов соединился по ВЧ с командующим фронтом, чтобы доложить ему о создавшемся положении.

– Что за стрельба у вас раньше времени? – не дожидаясь доклада, спросил Рокоссовский.

– Противник с восьми часов тридцати минут наносит контрудар по ударной группировке нашей армии, – ответил Горбатов.

Он также доложил о том, как назревало событие, и о принятых мерах. Дополнительно выразил свое удовлетворение тем, что противник наносит контрудар до возобновления наступления войск армии. Находясь на месте, им будет легче его обескровить и затем продолжить наступление. Не утерпев, Горбатов высказал сожаление по поводу того, что армия не усилена танковым соединением. Наступило непродолжительное молчание, после чего Рокоссовский сказал: