Геометрия моих чувств

- Ты же понимаешь, что это ничего не будет значить, - шепчет он, спуская с моих плеч бретельки платья. Медленно проводит кончиками пальцев по очертаниям позвонка. От его чувственного шепота, от исходящей от него внутренней силы я схоҗу с умa. Каждое нервное окончание - словно оголенный провод под напряжением. Может загореться от малейшей искры. Узел внизу живота сжимается до невозможности и пульсирует так, что я инстинктивно сжимаю свои бедра.

- Чертова одна ночь, Ева, – нараспев произносит, словно издеваясь. И отстраняется, оставляя меня в растерянности. Распахиваю глаза. Улица за окном кружится словно в калейдoскопе.

- То большее, что могло бы быть, сдохло, - рычит Кай, высвобождая своего зверя. Резким движением рук он разворачивает меня к себе и, слегка приподнимая, придавливает к стене. Взгляд его – дикая смесь насмешки и голода. Его губы накрывают мои. Он ласкает меня точно так же, как и в коридоре ресторана. Жестко, грубо, словно хочет разорвать на куски мягкую ткань моих губ. Его сильные руки накрывают и сжимают полушария моей груди. Я обхватываю руками его шею, притягиваю к себе. Мне его мало, черт побери. Ничтожно мало. Желанный аромат виски и сигарет выбивает последний контроль. Хочу его. Ненавижу его. Сгораю по нему. Каждую чертову ночь. Каждый чертов день.

Он отстраняется, отпускает меня. Смотрит. Жадным, голодным взглядом. Я дышу через раз, и лишь жалобные всхлипы вырываются из растерзанного рта. Что еще за игру он задумал? Его руки оттягивают вниз чашечки бюстгалтера, оголяя изнывающую по ласкам грудь. Дикий, бешеный взляд. Он смотрит, словно обезумевший,и накрывает губами напряженный сосок. Жалостный всхлип вырывается из моего рта, и я прогибаюсь ему навстречу. Я заряжаюсь его дикостью. Вторю ему. Срываю с него рубашку, отрывая все до единой пуговицы. Я на раз справляюсь с ремнем на его джинсах, но как только моя рука добирается до желаемого, он отталкивает ее и, подхватив меня на руки, бросает на кровать. Стягивает с меня остатки одежды. Раздвигает мои ноги коленом и, опираясь на вытянутые руки, нависает надо мой, упивается моей наготой. Α я, распятая, сгораю от дикого желания под его пугающим голодным взглядом. Каждый его поцелуй выжигает клеймо. Словно хочет пометить меня как свою собственность. Его возбужденная плоть упирается мне в живот,и я просто изнываю, умираю от потребности почувствовать его в себе. Кай целует меня, прикусывает мою кожу, рычит. Словно зверь. И снова отстраняется. Боль только обостряет мои чувства,теперь желание буквально раздирает меня. Раздвинув пошире мои ноги, Кай ласкает меня пальцами. Но недолго, я вижу, что его терпение на грани. А я… я просто задыхаюсь от болезненной потребности ощутить его внутри. В момент проникновения я, кажется, кричу. Ладонь Кая ложится на мои губы, большой палец проникает в рот.

- Тссс… Тише… Потерпи…

Он проникает в меня, растягивает, наслаждается тем, как я, забыв о стыде и скромности, подаюсь навстречу его рукам. Смотрит. В глубине его глаз – животное удовольствие. Я пытаюсь притянуть его к себе, но он откидывает мои руки в стороны, а губы его искажает звериный оскал.

- Я обещал тебя трахать долго, - шепчет он, не отрывая взгляда от своих пальцев,так умело доводящих меня до грани.

- Кай, – хнычу я, истомленная диким возбуждением. Но он словно издевается. Останавливается. И снова начинает. А затем и вовсе убирает руки. Снова накрывает губы. Только теперь поцелуй томительный, без единого намека на грубость. Он усаживает меня на себя сверху. И я, словно голодная волчица, утоляю им свой безумный голод, мучивший меня со дня вечеринки. Кай смотрит. Наслаждается. Моей зависимостью от него, моей мольбой. Я насаживаюсь на него, двигаюсь на нем, пытаясь наконец-таки получить долгожданное освобождение. Только пружина затягивается все туже и туже. А заветный экстаз даже не маячит за горизонтом. Мои руки дрожат, в голове туман, в ушах гул. Но сквозь эту пелену вижу, как он упивается мной.

Кай сжимает мои волосы в кулак. Оттягивает их, укладывая меня на простыни. А я злюсь. Он снова не дал мне почувствовать это. Снова издевается. Я обхватываю ногами его талию, не давая ему выйти из меня. Кай злится, начинает рычать и, как наказание, с силой, рывками входить в меня. Будто снова желает разорвать. Его рука сжимает мою шею. А безумный взгляд сосредоточен на моей груди, подпрыгивающей в такт его движениям.

- Кто тебя трахает, Ева, скажи, - шепчет срывающимся голосом, продолжая вбиваться в меня.

- Кай, – стону я, подставляясь ему.