Геракл - праотец славян, или Невероятная история русского народа

Теперь перейдем к практическому овладению языком хронологических преобразований Б.А. Рыбакова, с помощью которого он устанавливает дату тмутараканского камня. При этом специально оговорено, что точные данные о дате этого камня могут быть получены при исключении неблагоприятных действий Всеслава Полоцкого на судьбу князя Глеба в качестве князя тмутараканского. Эти действия следует учитывать с 15 сентября 6576 (1068) г. по апрель 6577 (1069) г. мартовского счета лет. Фактор этот был на самом деле нереальным. Исследователь междукняжеских отношений 60-х годов XI в. В.А. Кучкин предложил реалистическую концепцию положения дел в отношениях Великого князя Киевского Всеслава Полоцкого и тмутараканского князя Глеба Святославича. Эти отношения исключали вражду и насильственное изгнание Глеба из Тмутаракани. Наоборот, Всеслав предложил Глебу более «престижное» княжение — Новгород, в обмен на признание его Великим князем Киевским. Глеб согласился и вскоре отправился княжить в Новгород. Об этом событии в «Слове о полку Игореве» сказано так:

Всеслав князь людям судяще,

Князем грады радяще,

А сам в ночь влъком рыскаще;

Из Киева дорискаще до кур Тмутороканя

(Кучкин, 1985. С. 21; 32–35).

Однако этот нереальный фактор обеспечил выбор даты по сентябрьскому, византийскому счету лет, а не по обычному для Руси мартовскому. В результате мы имеем две взаимоисключающие картины. С одной стороны дата тмутараканского камня «должна соответствовать сентябрю 1067— августу 1068» по сентябрьскому счету лет (предложен двухгодичный цикл: с сентября по август включительно — один год, 1067-й; далее, с сентября по август включительно — второй год, 1068-й). С другой стороны, дата не могла появиться в период с 15 сентября 1068-го по апрель 1069-го, но это уже по мартовскому счету лет, в период пребывания Всеслава Полоцкого на киевском престоле. В этом случае возникает противоречие: Всеслав правил в Киеве 7 месяцев, а если принять для установления даты камня сентябрьский счет лет, тогда получится, что он правил 1 год и 7 месяцев. Следовательно, эти две взаимоисключающие картины не дополняют, а просто исключают друг друга. Обоснованность такой интерпретации мыслей академика Б.А. Рыбакова подтверждается, на мой взгляд, следующими аргументами.

1. Индикты — 15-летние циклы — были введены церковью, они сменяются 1 сентября. Поэтому новолетие по церковному календарю наступает 1 сентября..

2. Индикт, по нашим сведениям, имел непосредственное отношение к хронологии. При обозначении года, но при отсутствии числа и месяца, индикт превращался в датирующий признак. Мы здесь можем опереться на источники.

В Студийском уставе конца XII или начала XIII в. читаем: «В лето 6694 (1186) индикта 4 преставися Илия архиепископ новгородский» (Словарь, Т. IV, 1991. С. 155).

Объект нашего поиска в данном случае — месяц, в котором скончался архиепископ Илия. Месяц этот присутствует в индикте, так как другие датирующие признаки не указаны. Мы знаем, что индикты сменяются в сентябре, следовательно, здесь указан сентябрь, тот месяц года, в котором сменяется порядковый номер года. И мы находим подтверждение этому в сведениях Новгородской первой летописи: «6694 преставися Илия архиепископ Новъгородьскый, месяца сентября в 7 день» (НПЛ, 1950. — С. 38, 228, 473).

В Новгородской летописи старшего извода Синодального списка читаем: «В лето 6845 (1337). Индикта 5 на-вожением диаволим сташа простая чадь на архимандрита Есифа» (НЛСИ, 1950. С. 100). В Новгородской первой летописи Комиссионного списка под тем же годом имеется дополнительное сообщение о поездке князя Александра в Орду: «Того же лета поеха князь Олександр из Плескова в Орду». Однако искомый месяц, который присутствует в индикте, мы обнаруживаем в Патриаршей или Никоновской летописи, материалом для которой послужила, в том числе и Новгородская летопись: «Той же осени князь Александр Михайлович Тверской изо Пскова поеха в Орду» (77Д 1965. С. 207). Таким образом, можно с уверенностью сказать, что события с архимандритом Иосифом произошли в начале сентября.

Наше утверждение о датирующем признаке индикта полностью подтверждается в следующем летописном сообщении: «Том же лете, наставшю индикта 15 (1 сентября) оубиша Гюргя Жирославиця» (Словарь, Т. IV, 1991. С. 155).

Таким образом, наша теория датирующего признака индикта должна дать ответ на вопрос об определении даты измерения князем Глебом ширины Керченского пролива в 6576 (1068) г., индикта 6 — в каком месяце произошло это событие? В соответствии с рассмотренной выше датирующей сутью индикта, данный индикт относится к сентябрю, но князь Глеб не мог «мерять море по леду» в сентябре. Здесь наша теория приводит нас к тому, что индикт был датирующим признаком не только при смене индиктов в сентябре, но также при смене лет в марте.