Глеб Максимилианович Кржижановский

В ответ на это письмо Г. М. Кржижановский 10 февраля 1904 г. из Кенигсберга писал В. И. Ленину и Ф. Э. Ленгнику: «...Ваше письмо о войне с ЦО огорчило меня сверх меры... Зная, что Fappetit vient en mangeant,37— могу представить себе, что притязания различных Добчинских и Бобчинских выросли до бесконечности и сделались окончательно нетерпимыми. Но состояние разброда и разъединенности теперь, в настоящий исторический момент представляется мне громадным несчастьем — я бы сказал полным политическим самоубийством,— что объединению и умиротворению партии должны быть принесены в жертву все другие — менее важные — соображения. Разумеется, что единство должно быть не внешним, не «грамматическим»,— а боевым единством армии, готовой к решительному сражению. Мы должны достичь такого единства немедленно, или наша историческая позиция будет утрачена навсегда... Личное свидание, благодаря последним известиям, делается все более и более необходимым» 38. Если человек не понял политического смысла разногласий, если он не разглядел, что Ленин ведет борьбу с возникающим опасным оппортунизмом в русской социал-демократии, то, конечно, раскол «на другой день после съезда, создавшего партию», представляется катастрофой. В этом случае, естественно, кажется, что все должно быть принесено в жертву примирению. «Личные» недоразумения, как бы они ни были остры, пройдут. Так думал Глеб Максимилианович. Можно представить себе, как должно было огорчить Ильича предложение об объединении с меньшевиками в одну армию для решительного сражения. В. И. Ленину, который теоретически обосновал и практически доказал, что меньшевики — оппортунистическое крыло партии, который предвидел длительную и упорную борьбу партии с меньшевиками, было досадно, что наиболее близкий друг и товарищ, с которым вместе пройден такой большой путь, не может уяснить себе политическую ситуацию. А личное свидание, к сожалению, так и не состоялось. В следующем письме ЦК к Кржижановскому во вто¬ 37 Аппетит приходит во время еды. 38 «Ленинский сборник», т. X, стр. 21—22. 56

рой половине февраля Ленин в очень резкой форме доказывал, что в создавшихся условиях, когда «партия разорвана фактически, устав обращен в тряпку, организация оплевана», единственно правильным является энергичная борьба с меньшевиками, борьба за съезд. «Я думаю, что у нас в ЦК в самом деле бюрократы и формалисты, а не революционеры. Мартовцьт плюют им в рожу, ia они утираются и меня поучают: „бесполезно бороться!“... Либо ЦК станет организацией войны с ЦО, войны на деле, а не на словах, войны в комитетах, либо ЦК — негодная тряпка, которую поделом выкинут вон... Плюньте на идиотские формальности, занимайте комитеты, учите их бороться за партию против заграничной кружковщины... Руководите войной с ЦО или бросьте вовсе смешные претензии на „руководство“... утиркой плевков. Поведение Клэра [Кржижановского] позорно... Меня ничего не злит так теперь, как наш „так называемый“ ЦК. Addio. Старик» 39. Это «addio» — «прощайте» — Ильич написал не случайно. Если письмо от 4 января он заканчивал саркастическим «поздравляю», то в конце февраля он с горечью и печалью писал «прощайте». Он уже не сомневался в той позиции, которую займет ЦК. В середине марта, сообщая о получении решения большинства ЦК против съезда и о желательности прекратить «склоку», Владимир Ильич сообщает, что Ленгник и он временно слагают с себя должности членов Совета партии (оставаясь членами ЦК). В мае вернувшийся в Россию Ф. Ленгник и Г. М. Кржижановский решили выйти из ЦК. В. И. Ленин писал Ленгнику, чтобы он не уходил. Ильич полон оптимизма — «за нас теперь весь ход событий, еще немного терпения и настойчивости и наша возьмет». Владимир Ильич просит ознакомить всех с его брошюрой «Шаг вперед, два шага назад», особенно Г. М. Кржижановского, на которого после прочтения брошюры следует сделать еще натиск. Кржижановский,—убеждает Ильич,— «будет наш, ухода его я пока не принимаю». Ленин советует 39 В. И. Ленин. Сочинения, т. 34, стр. 198. 57