Годы возмездия. Боевыми дорогами от Керчи до Праги

Путь, которым я ехал, был мне хорошо знаком. Зимой 1942 г. 4-я ударная армия вела здесь наступательные бои. Все вокруг говорило о том, что в этих местах прошел ураган войны. Города были разрушены, деревни и села сожжены фашистскими варварами. Куда ни взглянешь, всюду руины, пепел да кое-где полуразбитые трубы – признаки того, что когда-то здесь жили люди. Единственными живыми существами были одичавшие кошки, изредка встречающиеся среди руин. И только дорожные указатели-ориентиры позволяли установить название населенного пункта.

Глядя на эту тяжелую картину, невольно думалось: «Родная земля! Сколько страданий изведала ты. Кто только не пытался завладеть твоими богатствами: орды печенегов, половцев и татар, полчища польских и шведских интервентов, тебя хотели поделить империалисты Америки, Англии и Франции; неоднократно пытались завладеть тобой немецкие захватчики, начиная с псов-рыцарей. Сколько жизней отдали твои сыны, сколько крови пролили за то, чтобы ты жила, дорогая Родина». Верилось, что в последний раз изгоняем мы врага, что никогда уже больше не ступит его нога на нашу священную землю.

Вот и Торопец. Командный пункт размещался близ дер. Подсосенье, в наскоро сколоченных из досок и фанеры домиках и землянках, разбросанных по лесу на довольно значительном удалении друг от друга в целях маскировки.

На КП фронта я встретился с генералом армии М.А. Пуркаевым (командующим фронтом), членом Военного совета генерал-лейтенантом Д.С. Леоновым и начальником штаба фронта генерал-лейтенантом В.В. Курасовым, которого я хорошо знал еще по 4-й ударной армии. Высокий, стройный, с неизменной улыбкой, Курасов всегда имел свое мнение и умел отстаивать его, оптимист по характеру, он всегда сохранял спокойствие и хладнокровие. О лучшем начальнике штаба фронта нечего было и мечтать.

Товарищи кратко познакомили меня с положением дел на фронте, а вечером В.В. Курасов подробно доложил мне о состоянии войск фронта, о ходе боевых действий и о противнике.

Вслед за мной на фронт прибыл секретарь ЦК ВКП(б) и начальник Главного политического управления Красной Армии генерал-лейтенант А.С. Щербаков. Его приезд был вызван тем, что фронт переживал тяжелое состояние в боевой службе, и особенно в хозяйственных делах. Щербаков должен был выяснить причины создавшегося тяжелого положения и помочь исправить дело, главным образом в вопросах обеспечения продовольствием. Он оставался на фронте в течение 5 дней. В его присутствии были проведены два очень важных совещания с аппаратом тыла фронта и с начальниками тылов армий по вопросам организации снабжения войск.

А.С. Щербаков оказал большую помощь фронту. Он встретился со всеми руководящими политработниками армий, корпусов и дивизий, глубоко вникая в конкретные вопросы партийно-политической работы, которую следовало направить на исправление положения и подъем боеготовности и боеспособности войск. Характерным для деятельности А.С. Щербакова было умение направить энергию коммунистов на решение конкретных и наиболее острых вопросов боевой деятельности и жизни войск. Одной из тяжелейших проблем было тогда налаживание питания личного состава, что объяснялось перебоями в подвозе, связанными с весенней распутицей и недостаточной требовательностью к службе снабжения в предшествующий период. Как это ни странно, на Калининском фронте бытовала некая «теория» о закономерности случаев дистрофии, истощения у солдат из-за недостаточного питания. Эту «теорию» в какой-то степени поддерживал начальник санитарного управления фронта генерал-лейтенант медицинской службы А.И. Бурназян, а также начальник управления продснабжения фронта генерал-майор интендантской службы Ф.С. Саушин. Они не смогли своевременно опровергнуть «теоретические» выкладки некоторых медиков, которые считали, что в нашей армии нормы продовольственного питания якобы занижены и недостаточны для поддержания нормальной жизнедеятельности организма в тяжелых фронтовых условиях. А.С. Щербаков подошел к решению этого вопроса с партийной принципиальностью, потребовал проверки соответствия фактически выдаваемого солдату пайка установленным нормам. Оказалось, что в некоторых частях в связи с трудностями подвоза, связанных с весенней распутицей, начальники продслужб и старшины рот прибегали к различным способам «экономии» на солдатском желудке. Это явилось причиной случаев дистрофии. При выдаче довольствия сполна в соответствие с утвержденными правительством нормами и при правильной организации по приготовлению пищи ее калорийность вполне достаточна для того, чтобы воин был здоровым, сильным и боеспособным.