Голодный ген

В 1992 г. Эллис с несколькими коллегами (чтобы не сказать — сообщниками) запустил в продажу «Фосслип», который в то время только еще проходил испытания, — смесь для занимающихся бодибилдингом, тоже содержащую эфедрин. С препаратом вышел скандал, Майкл покинул (кинул) партнеров — позже они возбудят против него уголовное дело — и продолжил свою деятельность под маркой «Метаболайф». Однако дело как-то не клеилось. Эллис пораскинул мозгами и понял, что, если товар улучшить нельзя, можно усовершенствовать маркетинг. Он создал из покупателей сеть независимых продавцов по принципу: купил сам — уговори двух других. Эта пирамида действует по сей день. Приблизительно 50 тыс. дилеров занимаются в Соединенных Штатах продажей «Метаболайфа» через киоски и Интернет, а также путем расклеивания на столбах вдоль дорог зазывных объявлений. Майкл, проживающий в Сан-Диего, стал богатым и весьма влиятельным человеком. Он щедро финансирует политические кампании и угрожает судом медикам и журналистам, осмеливающимся высказывать сомнения в эффективности и безопасности его препаратов.

В августе 2000 г. Министерство здравоохранения и социального обеспечения США провело двухдневные открытые слушания, на которых обсуждалось качество средств для похудания, созданных на основе эфедрина. Присутствовал там и Джордж Брей, на этот раз представлявший компанию «Метаболайф». Он вновь повторил уже многократно высказанную им мысль о высоком эффекте комбинаций эфедры и кофеина. Его не смутила убежденность других экспертов в сомнительной перспективности использования «коктейля Эллиса» для снижения веса. Его не поколебали доказательства о связи эфедрина с развитием сердечной недостаточности, припадками, инсультами и даже психозами. Он не отступил ни на шаг, даже услышав, что за девять предыдущих лет FDA получило доклады о 1176 случаях тяжких недомоганий, вызванных обсуждаемыми препаратами, причем некоторые из эпизодов закончились летальным исходом. Он небрежно отмахнулся от реплики доктора неврологии и фармакологии из Медицинской школы Джона Хопкинса, который отметил: «Именно индивидуумы, обладающие излишней массой тела, неизбежно наиболее чувствительны к кардиальному и цереброваскулярному воздействию эфедры». Одним словом, энтузиазм Брея по отношению к «Метаболайфу» оказался столь же непоколебим, как раньше — к «Фен-фену». «Из имеющихся данных, — заявил он, — следует сделать вывод о безопасности препаратов эфедрина и кофеина, если они применяются в соответствии с предписаниями».

Джордж Брей — умный человек и дотошный теоретик, чье научное мировоззрение прочно покоится на фундаментальной основе многолетнего исследования проблем ожирения. Во взглядах многоуважаемого Джорджа, посвятившего этому вопросу лучшие годы жизни и карьерного роста, отразился, словно в зеркале, подход к тучности как к благоприобретенному постыдному заболеванию, требующему немедленного и кардинального лечения, пусть даже и небезопасного. За годы работы Брея появилось и развеялось так много других теорий возникновения чрезмерной полноты, что он естественным образом перестал принимать их всерьез. Ожирение — болезнь. Болезни излечиваются лекарствами. Так считает не один только Джордж, но и большинство медиков его круга, сформировавшихся в лоне американской системы здравоохранения.

* * *

У Брюса Шнайдера есть кое-какие мысли на сей счет. Больше десятилетия он отдал отделу эндокринологии FDA в Роквилле, штат Мэриленд. В служебные обязанности Брюса входил анализ отчетов по препаратам для похудания. «Общество, — говорит он, — не представляет, какого джинна выпускает из бутылки, пугая само себя ожирением». И далее: фармацевтические компании и «подкупленные ими люди из мира академической науки пытаются представить тучность как некую смертельную опасность почище сибирской язвы. Поэтому все, что хоть как-то помогает сбросить вес, должно немедленно становиться доступным всем и каждому — а иначе, дескать, тысячи людей отправятся из-за своей полноты к праотцам. Но ни одно известное на сегодняшний день лекарство не улучшает здоровья при длительном применении! А вот опасность от их длительного приема вполне реальна. Сложившаяся ситуация не дает мне спать по ночам».

Любые медикаменты таят потенциальный риск. Нелепо было бы предъявлять к препаратам для снижения веса более строгие требования, чем к остальным. Парадоксально другое. Производители прекрасно осведомлены, что ожирение не так угрожает здоровью основной массы пациентов, как лекарства от него: ведь к средствам для похудания прибегают в подавляющем большинстве люди, чья полнота ни в малейшей степени не опасна для жизни. Отбросив лицемерие, пора честно признать наконец: вот они-то подвергаются риску совершенно неоправданному.