Голые

Я по-прежнему стояла у приоткрытой двери, ловя отголоски телефонного разговора. Знала, что подслушивать нехорошо, и все-таки делала это. Понятно ведь, что никогда не узнаешь ничего хорошего, стоя вот так у двери.

– Пошел ты на хрен, приятель, – сказал Алекс. – Нет, пошел ты на хрен два раза! Пошел ты на огромный, жесткий хрен! Да, правильно. Плевать. Ага, знаю. Да. Ладно, хорошо. Это было бы классно.

Для других женщин с другими парнями простого слова «приятель» было бы достаточно, чтобы с чистой душой прогнать прочь любые страхи… но, разумеется, в моем случае это обращение дало мне лишний повод для волнения. Моя рука медленно легла на ручку, и я открыла дверь. Алекс поднял на меня взгляд.

– Да, мы там будем. – В моем присутствии голос Алекса зазвучал немного по-другому. Или, возможно, это мое воображение добавило его тону эти едва уловимые мужественные нотки. – Да. До встречи.

Пальцы Алекса скользнули по поверхности телефона, отключая звонившего.

– Это был Джейми, мой лучший школьный друг.

– Правда?

Мне кажется, в отношениях всегда случаются моменты, когда ты в первый раз осознаешь, что совершенно не знаешь человека, которого любишь. Происходит нечто неуловимое, что-то, находящееся вне банального списка предпочтений, который составляется в самом начале отношений – любимого цвета, любимой еды, размера обуви. Ты впервые осознаешь, что можешь знать множество самых разнообразных вещей и все еще не иметь представления о человеке, без которого уже не мыслишь своей жизни.

– Да. – Алекс немного помедлил, возможно вспоминая, что никогда не говорил об этом друге прежде. – Я не виделся с ним несколько лет.

– Он все еще живет здесь, в Сандаски?

– Да. Он пригласил нас к себе на барбекю в понедельник. Я сказал, что мы придем.

– Да, разумеется, придем. Мне бы хотелось познакомиться с твоим другом.

– Ну и отлично. – Алекс бросил телефон на кровать и потянулся ко мне со знакомой усмешкой. – А теперь… давай вернемся к нашей договоренности насчет орального секса…

Следующие несколько часов нам было не до парка. Мы попали туда только вечером, да и субботу провели там же. Прокатились на всех имевшихся там аттракционах, на некоторых – даже дважды, до отвала налопались всей этой калорийной еды, обычно продающейся в парках развлечений. Раньше мне не доводилось видеть Алекса в роли гида, и теперь я прекрасно понимала: он был горд и взволнован возможностью показать мне машины, на которых работал, и уборные, которые чистил много лет назад, когда подростком подрабатывал в парке. Здесь, в своем городе, Алекс казался другим – думаю, так бывает со всеми людьми, оказавшимися в родных местах, из которых они в свое время уехали.

А еще у него нашлось в запасе множество интересных историй. Сейчас, вспоминая о своем прошлом, Алекс был откровенен, как никогда прежде, и я с готовностью проглотила все байки, которые он рассказывал. Понимая, что почти ничего не знаю о своем женихе, я была решительно настроена выяснить о его жизни как можно больше деталей.

Взявшись за руки, мы бродили по аллее аттракционов, потом спустили кучу денег в игровые автоматы. Запечатлелись в фотокабине, на снимках я смеялась, сидя на коленях Алекса. А еще целовались. Он выиграл для меня громадную плюшевую пучеглазую лягушку в короне.

– Я должна ее поцеловать? – пошутила я.

– Эй, я – единственный принц, который тебе нужен, детка.

Это был хороший, просто замечательный день.

Ранним воскресным утром, когда за окном еще было темно, меня разбудил приглушенный звук какой-то возни, доносившийся из ванной. Усевшись на кровати, я почувствовала, что Алекса рядом нет. Тут я услышала, как в туалете слилась вода, а потом открылась вода в душе. Прошло довольно много времени – так много, что я уже подумывала встать и проверить, как дела у Алекса, – когда шум воды стих. Спустя несколько минут он вошел в темную комнату и скользнул в кровать рядом со мной, обнаженный.

– Ты в порядке?

– Слишком много крутых горок и мороженого. – Его голос звучал немного хрипло и утомленно. – Скоро приду в себя.

– Принести тебе что-нибудь?

– Нет.

Ночью мы занимались любовью, и Алекс чувствовал себя великолепно. Я повернулась, чтобы пощупать рукой его лоб и проверить, нет ли температуры. Мой собственный живот неприятно сжался при мысли о том, что я тоже могла подцепить инфекцию, пока мы целовались.

– Как ты себя чувствуешь, лучше не стало?

К моему удивлению, он разразился хриплым смехом:

– Я поправлюсь, малышка. Правда. Обещаю. Мне просто нужно немного поспать.

Я зевнула, не зная точно, сколько сейчас времени, лишь понимая, что еще довольно рано.

– А ты давно не спишь?

– Я вообще не спал.

– О, милый… – Я поерзала на простынях. – Какой ужас!

Он издал еще один хрип, который, видимо, должен был обозначать смех.

– Мне скоро станет лучше. Думаю, что теперь наконец-то смогу заснуть. Хорошо похвастаться съеденным накануне никогда не помешает.

Я наморщила нос:

– Фу…

Алекс откатился на свою сторону кровати, подальше от меня:

– Извини.

– Ничего страшного. Очень жаль, что ты себя плохо чувствуешь. Я точно не могу ничем тебе помочь?