Горькое лето 1941 года

– Вначале мы летали на истребителях И-15бис, И-16, И-153 «Чайка». И процентов 45 боевых машин корпуса составляли новые типы: Як-1, МиГ-3 и ЛаГГ-3. К 22 июня в составе корпуса было уже 29 истребительных авиаполков и более 600 боевых самолетов. Мы продолжали учиться, постоянно шло наращивание сил и средств корпуса. В боевой подготовке командование корпуса и полков главное внимание уделяло летчикам-«ночникам». А таких можно было по пальцам пересчитать.

– Наверное, и наземных средств для производства ночных полетов тоже не хватало?

– Их вообще не было. Летали, используя дедовские методы: разжигали вдоль взлетно-посадочной полосы жаровни и по ним ориентировались. И надо сказать, что такая учеба себя оправдала. Во время ночных тренировок не было поломок техники, все летчики находили свои аэродромы.

– Немцы знали об усилении противовоздушной обороны Москвы?

– Судя по их дальнейшим действиям, представление имели слабое. Воздушную разведку Московской зоны немецкое командование начало проводить с 1 июля. А 2 июля летчик нашего корпуса Сергей Гошко на самолете Як-1 вылетел с аэродрома Великие Луки на перехват воздушного разведчика Хе-111 и таранил его в районе Ржева. На борту фашистского самолета находился полковник немецкого генерального штаба, и он был настолько уверен в своей безопасности, что вез с собой важные секретные документы, оперативные карты и шифры. Хе-111 был сбит, а лейтенант Гошко на поврежденной машине благополучно приземлился на площадку подскока около города.

Этот таран на подступах к Москве немцев не испугал, они продолжали вести интенсивную воздушную разведку. И вот в ночь с 21 на 22 июля 1941 года фашисты предприняли, как я считаю, психическую воздушную атаку на Москву. В первом массированном воздушном налете участвовало около 220 бомбардировщиков. Они шли к Москве с трех направлений: северо-западного, западного и юго-западного. Летели с полной бомбовой нагрузкой с одной целью – стереть с лица земли столицу Советского Союза.

– Видно, привыкли к легким победам в небе других, завоеванных столиц Европы?

– Да. Они не ожидали от нас серьезного отпора. Предупреждение о налете немцев командование 6-го ИАК получило от своего соседа 1-го корпуса ПВО. Все летчики нашего корпуса были приведены в повышенную боевую готовность.

Мы взлетели на перехват врага. Июльская ночь короткая, светлеет быстро, да и мы уже имели некоторый опыт летать ночью, как днем, только более осторожно. Сразу же завязались воздушные бои. В них летчики корпуса сбили 12 бомбардировщиков, да 10 фашистов завалили зенитчики. К Москве смогли прорваться лишь 9 самолетов врага, но и те отбомбились не прицельно. Такого поражения немецкие летчики не ожидали.

При отражении этого налета корпус не потерял ни одного летчика. Более того, даже серьезных поломок машин при посадке не было.

– Но этот урок не пошел немцам впрок, как говорится, битому неймется…

– Совершенно верно. Воздушные налеты на Москву шли ежедневно. В основном ночью. Всего фашисты совершили 134 воздушных налета на Москву. Они изменяли тактику нападения: прорывались группами с разных направлений и высот, бомбардировщики шли под прикрытием истребителей. Но результат всегда был один: летчики 6-го корпуса ПВО своевременно перехватывали врага и нещадно уничтожали.

– Владимир Федорович, но были и наши потери?

– От этого на войне никуда не деться. Погибли 185 наших летчиков. Корпус к концу осени 1941 года насчитывал до 30–36 истребительных полков. Он пополнялся за счет частей, отступавших с запада. Из 604 боевых самолетов, находившихся на вооружении полков 6-го ИАК, к декабрю 1941 года на свои аэродромы не возвратилось 330. В некоторых истребительных полках практически не осталось ни летного состава, ни самолетов. Такое произошло со 120-м истребительным авиаполком, который имел на вооружении самолет И-153 «Чайка» и наносил в основном штурмовые удары по наземным целям врага. Из 45 летчиков, участвовавших в штурмовках, не возвратились на свой аэродром 43… 25 воздушных таранов совершили летчики корпуса. 11 августа высотный таран совершил лейтенант Катрич. А первый ночной таран на неделю раньше, чем Виктор Талалихин, 27 июля 1941 года, совершил Петр Еремеев, которому уже в наше время было присвоено звание Героя Российской Федерации. После войны 16 улиц Москвы и Подмосковья были названы именами летчиков-истребителей нашего корпуса.

Полуночные доклады Сталину

Владимир Чугунов, кандидат военных наук