Горькое лето 1941 года

Вопрос борьбы с украинскими националистами сложен и многогранен: если многие рядовые члены ОУН были искренними сторонниками национальной независимости, то их главари – фашистскими ставленниками, получали от Гитлера материальную поддержку. К середине 30-х годов организация украинских националистов, по сути, выполняла роль спецслужбы украинского правительства в эмиграции, была укомплектована австрийскими и немецкими офицерами, финансировалась абвером. Ее лидер Евгений Коновалец неоднократно встречался с фюрером.

Еще в 1921 году украинские чекисты вышли на человека, который был оставлен Коновальцем для нелегальной работы на Украине. С его помощью в Москве решили расколоть ОУН изнутри. Эта задача была возложена на Андрея Судоплатова. После непродолжительной, но очень интенсивной подготовки его нелегально перебросили через финскую границу и внедрили в ОУН. Постепенно он сумел войти в доверие и к Коновальцу.

«Легенда» корабельного радиста давала Судоплатову возможность периодически бывать на Родине. Впервые он вернулся летом 1937 года.

– К тому времени, – говорит Павел Анатольевич, – игра с ОУН велась уже более двух лет. Вопрос, что делать дальше, обсуждали даже на комиссии ЦК ВКП(б), на которой заслушивали и меня.

Вскоре Ежов впервые привел Судоплатова к Сталину.

– Я растерялся, долго не мог взять себя в руки, – вспоминает Судоплатов. – Начал что-то лепетать о том, какая честь для любого коммуниста, члена партии увидеть товарища Сталина.

«Мне нужны факты, предложения, – прервал тогда меня Сталин. – Поезжайте в Киев, посоветуйтесь с украинскими товарищами, проработайте этот вопрос и через неделю доложите мне».

Вторая встреча произошла в конце того же года. Судоплатов начал доклад с предложения об использовании своих каналов в ОУН для дальнейшего проникновения нашей разведки.

«Неправильно мыслите, – перебил вновь Сталин. – Пусть эти убийцы, которые начали грызню, до конца перебьют друг друга».

К тому времени внутри руководства ОУН шла настоящая драка. В 1936 году исчез выступивший против Коновальца Костырев и его группа; были у Коновальца стычки и с Бандерой.

«Подумайте, как обезглавить ОУН, – сказал Сталин. – Подумайте над его слабостями. Он, кажется, любит конфеты?»

Вскоре в Роттердаме в кафе «Атланта» Андрею вручили коробку конфет в красивой упаковке с украинским орнаментом.

– Когда я взял ее, у меня все как будто оборвалось внутри, – рассказывает Павел Анатольевич. – Подарок был уже «заведен», а везти его предстояло через весь город. В трамвае я сел поближе к полицейскому – боялся, что какие-нибудь воришки вырвут из рук. С Евгением Коновальцем мы встретились, как обычно, в одном ресторане около полудня. При встречах мы подолгу спорили о методах «нашей борьбы». Он был одержим идеей террора – считал, что, только утопив советскую территорию в крови, можно добиться независимости Украины.

На прощание Павел вручил лидеру ОУН коробку конфет.

– Взрыва я не слышал, – продолжает Судоплатов. – Зашел в магазин купить шляпу, чтобы как-то сменить внешность, – увидел, как в ту сторону, откуда я пришел, побежали люди.

С нашей подачи оуновцы распространили несколько версий убийства. По одной из них лидер ОУН пал жертвой гестапо: Берлин был якобы недоволен выходом Коновальца из-под его контроля. По другой, его убили польские спецслужбы. Не исключали и «руку Москвы»…

Борьба с украинским национализмом стала одним из главных направлений деятельности Судоплатова – и как рядового разведчика, и как одного из руководителей разведки. Во время войны и в первые послевоенные годы он будет руководить разгромом националистического подполья на Западной Украине.

А в декабре 1938-го над Судоплатовым нависла угроза ареста.

– Был поставлен вопрос о моей связи с арестованными руководителями разведки – Балицким, Горожаниным, благодаря которым я и оказался в Москве, – вспоминает Павел Анатольевич.

На заседании партбюро почти единогласно принимается решение об исключении меня из партии…

И вдруг – вызов к Берии. «Мне докладывают, что вы ни черта не делаете. Хватит валять дурака. Едем сейчас же в ЦК!» – заявил тот.

В машине Судоплатов понял: едут к Сталину.

«Докладывайте вопрос», – тихо обратился Сталин к Берии.

«Товарищ Сталин, после вашего указания мы разоблачили тех, кто обманывал партию. Мы решили обновить руководство разведкой, укрепить наши агентурные позиции за рубежом…»

«Сейчас надо сосредоточиться на том, чтобы обезглавить троцкистов, – прервал Сталин. – Надвигается война, а они работают заодно с немцами. Вам, товарищ Судоплатов, мы поручаем лично возглавить и провести эту операцию. Выезжайте на место, подбирайте людей… Вы назначаетесь заместителем начальника разведки для того, чтобы использовать весь потенциал разведорганов как военных, так и по линии НКВД. Но помните: вся ответственность целиком ложится на вас. Мы спросим с вас».