Город и волк

Волк и Сель расставались часто, потому что Волк не мог долго жить в городе, вне стаи, но от этого их дружба не слабела. Сель была зоопсихологом, но Волк для нее существовал не как объект изучения. Не был он и домашним зверем вроде собаки, чью привязанность можно завоевать мимолетной лаской. Сель видела в нем личность столь же глубокую, как и она сама, товарища, которого любят, не задаваясь вопросом почему.

Поэтому встреча была, как всегда, бурной и нежной.

Как только они поужинали, Сель сказала:

- Поговорим об интересном?

То были их любимые вечерние минуты, когда с делами покончено, в комнате тихо, как на необитаемом острове, и нет ничьих глаз, кроме глаз человека и зверя.

Сель забралась с ногами на диван. Волк устроился рядом. Сель ослабила свет лампы. Пальцы девушки тонули в густой шерсти Волка. Ни один звук не проникал снаружи.

Спешить было некуда. Обычно в такие минуты Волк рассказывал о том, что привлекло его внимание, удивило или озадачило, потом Сель говорила о своих делах, потом они просто болтали, и мало что так привлекало Сель, как вот такое неторопливое Погружение в мир чужого сознания.

Так же было и на этот раз. Волк, который не страдал последовательностью, говорил отрывисто, перебрасываясь с воспоминания на воспоминание. Сель, наматывая на палец прядь волос, больше молчала. В черных продолговатых зрачках зверя трепетал отблеск лампы; на мгновение приоткрывался влажно мерцающий ряд клыков, и дыхание Волка касалось лица Сель. Порой ее охватывало чувство нереальности, особенно когда в зрачках туманно отражалась она сама. Казалось, можно наклониться и заглянуть в зрачок, как в колодец, чтобы увидеть на дне саму себя такой, какой ее видит Волк.

- Может стать живым мертвое?

- Что, что? - очнулась Сель.

- Сегодня в городе учуял незнакомое. Мертвое. Оно лежало в кармане человека. Я спросил. Человек показал песок, сказал: песок. Ушел. Песчинка упала. Стала живой.

- Песок всегда мертвый...

- Знаю. Поэтому странно.

- Ничего не понимаю! Откуда ты взял, что песчинка ожила? Она что стала двигаться?

- Нет. Она быстро пахла.

- Ну и что?

- Мертвое медленно меняет запах. Растение быстрей. Животное совсем быстро, когда взволновано.

- В самом деле?

- Да.

- И по скорости изменения запаха можно отличить камень от дерева, сталь от бабочки?!

- Да.

- Волк, ты никогда мне об этом не говорил!

- Ты не спрашивала.

- Это очень-очень интересно! Дальше, Волчишка, дальше!

- Почему песчинка стала живой?

- Да не могла она стать живой!

- Она стала.

Сель приподнялась. Ей показалось, что в глазах Волка мелькнула укоризна: почему она так медленно соображает?

- Давай, Волчишка, по порядку, - твердо сказала Сель. - Итак, ты бежал по городу...

- Да.

- И учуял песок, который лежал в кармане человека. С каких пор ты стал обращать внимание на обыкновенный песок?

- Незнакомый запах. Человек объяснил, что песок из космоса.

- Из космоса?! Тогда ясно. Нет, нет, о чем это я? Решительно ничего не понимаю... Как он выглядел?

- Человек?

- Песок!

- Как песок!

- И он был мертвый?

- Да.

- А когда песчинка упала...

- Она запахла, как живая.

- Ты об этом сказал человеку?

- Он ушел.

- Песчинка шевелилась?

- Нет.

- И все-таки стала живой?

- Да.

- Кто был этот человек?

- Он из космоса. С Сириуса.

- Это он тебе сказал?

- Да.

- Человек знает, что его песок из мертвого может делаться живым?

- Он сказал: это песок. Очень красивый. Он не сказал: это живое. Ты почему волнуешься?

- Потому что... Волк, ты не ошибся?

- Я не мог ошибиться.

- Да, да, знаю... И все-таки невероятно... Давай минутку помолчим.

Сель задумалась. Ее темные глаза стали еще темнее. Она оставалась неподвижной, но Волк видел ее бегущей. Это его беспокоило, потому что он не мог взять в толк причину, однако понимал, что сейчас лучше ни о чем не спрашивать. Сель порывисто вскочила, босиком подбежала к информу.

- Снимки участников сириусской экспедиции, - сказала она в микрофон.

Спустя несколько секунд на экране информа возникло чье-то лицо.

- Он? - Сель обернулась к Волку.

- Нет.

- Этот, этот?

По экрану заскользили лица.

- Да, - наконец сказал Волк.

- Все сходится...

- Ты мне не объяснила, - решился напомнить Волк.

- Подожди, Волчишка...

Палец дважды замер над кнопкой, прежде чем ее нажать.

- Вызываю Борка, геолога сириусской экспедиции. Скорей всего, он здесь, в городе. Передайте ему... - Сель запнулась. - Вызов экстренный.

Волка не удивило ни то, что Сель разговаривает с неодушевленным предметом, ни то, что этот предмет отыскивает человека, который находится неизвестно где. Он этого не понимал, но он к этому привык и относился к предметам типа информа так же, как к дождю и снегу: раз они существуют, надо к ним приноравливаться. Но в поведении Сель, в словах и движениях он улавливал растущую тревогу и на всякий случай подобрался, чтобы быть наготове.