Городим огород в ладу с природой

• традиционный огород выглядит, как огороженный клочок колхозного поля — монокультурные лоскуты и много голой земли (и весной, и летом в междурядьях, и осенью); к тому же — на каждом шагу следы борьбы: стоят там и сям чучела, обмотаны тряпками шапки подсолнухов, трепещут на ветру куски магнитофонной ленты, придавлено кирпичом сооружение для поимки крота, и даже птички–синички облетают этот огород стороной; в природосообразном же огороде — подобии «джунглей», похожем на огороженный клок лесной поляны, — в буйной зелени снуют всякие животные и птицы, и не видно никаких следов борьбы;

• целыми днями по первому огороду ходит дядька — то в маске с каким–то бочонком за спиной, то с лопатой, то со шлангом, то с ведром, то с граблями, и от зари до зари стоит буквой Г тётка с сапкой в руках; другой же огород — будто бесхозный, случается, что за весь день не увидишь в нём ни дядьки, ни тетки.

Если перевести наблюдения жаворонка с птичьего языка на подобие научного, то получим такие характеристические признаки природосообразного огорода:

• ведение огорода как цельного благоденствующего биоценоза, а не как набора отдельных «производств» (картошки, яблок, груш, капусты, огурцов и т. д.) с неизбывной борьбой с недругами каждого из этих производств;

• избавление огородника (и, в первую очередь, огорода!) от зряшного труда.

Очевидно, что эти признаки, как и те, что «подметили» уж и жаба, не привязаны к размерам огорода — они актуальны для любой площади. Вместе с тем, они являются характеристическими — типичными именно для природосообразного огорода и не свойственными конвенциальному огороду.

Благоденствующий биоценоз

Природосообразное хозяйствование на земле надо понимать как организацию буйных «джунглей» в огороде, как создание и поддержание естественного биоценоза. Имеется в виду, что надо опекать всю совокупность микроорганизмов, растений, животных (и людей!), живущих в саду–огороде, со всеми их отношениями между собой, а не отдельно — картошку, отдельно — капусту, отдельно — подсолнухи и т. п.

Речь идёт не о философском представлении о цельности и взаимосвязанности мира — оно есть у каждого садовода и огородника, — а о переводе этого представления на «инструментальный» уровень. Именно обеспечение максимально комфортных условий для биоценоза, т. е. для всего живого в огороде (себя самого тоже грех забывать), является важнейшим «инструментом» создания природосообразного огорода. А умелый и продуманный подбор растений для «джунглей» даёт в качестве «побочного продукта» всё то, ради чего и «городится» огород. Именно так надо понимать назначение огорода. Сад–огород — это место, где мы проводим лучшие часы, а не рудник, в котором, «не постояв за ценой», тяжким трудом добываются «полезные ископаемые» — овощи и фрукты.

Много факторов способствовало такому пониманию природосообразного сада–огорода, такому проникновению в его суть.

Я уже говорил о бесценном общении с Юлием Фишманом — из отведённых нам судьбою «общих» 35 лет едва ли не половину мы проговорили о деяниях, которые завели земледелие в тупик, и о путях выхода из него.

Много дало мне то, что я сдружился с Н. И. Курдюмовым. Не в пример мне, Ник толерантен, прагматичен, и это даёт больший эффект в нашем общем деле популяризации альтернативного земледелия, чем мои категоричность и ригоризм. Под влиянием Ника я стал чуточку терпимее, хотелось бы сказать — мудрее (если бы такую нескромность стерпела бумага). Впрочем, я ведь имел в виду «с кем поведёшься…» (фото 34).

34. С Н. И. Курдюмовым — «в степи под Херсоном, где вольные травы…»

Поразило меня понимание проблем земледелия В. Т. Гридчиным — я привычно, будто так и надо, смотрю на Виталия снизу вверх. И не потому, что он высок, а потому, что — глубок.

Общаясь с В. И. Ляшенко, я тихо завидую, как разговаривает Валя с «земелькой», с растениями и животными. И — «наука идёт не в лес, а в голову».

Не могу найти подходящего слова для воздействия, которое произвела на меня встреча с двумя учёными, двумя Олегами: О. А. Войновым — главным инженером–почвоведом Николаевского проектно–технологического центра «Облгосплодородие» и О. В. Тархановым — директором Башкирского Центра переработки органики. Пожалуй, подарок судьбы — лучше не придумаешь.

Вроде бы в исследованиях усвоения солнечной радиации биоценозами и опытах, легших в основу диссертации Олега Войнова, нет ничего такого уж нового и неожиданного для меня — по крайней мере, на качественном уровне. Вроде бы всё это в голове давно бурлило и пенилось, но под влиянием встречи с Олегом Анатольевичем улеглось, разошлось по своим нишам, перешло из подсознания в сознание. Мне, математику, явно недоставало, например, тех количественных оценок, к которым пришёл Олег. В следующей части книги я с удовольствием расскажу о его работах подробнее.