Читаем Городские песни, баллады, романсы полностью

У персонажей каждого из традиционных народных песенных жанров есть нормы любовных и семейных отношений, за пределы которых они не выходят. Песни свадебного обряда изображают должное: в первой половине его невеста выражает страх, скорбь, нежелание расставаться со своим домом, с родителями, идти в чужую семью; во второй - радость по случаю того, что у нее именно этот жених, эти свекор и свекровь, что она будет жить именно в этой семье. В хороводных и игровых песнях девушке (парню) первоначально достается недоросток, старик (старуха), а в конце выбор падает всегда на желанного (желанную); «замужние» и «женатые», недовольные своими супругами, наказывают их или совсем избавляются от них; желаемое здесь всегда достигается, но только в условно-игровом плане.

Собственно лирическая (преимущественно протяжная) песня на любовные и семейные темы изображает конфликты, которые сами персонажи не в силах разрешить. Парень или девушка жалуются на то, что кто-то или что-то им мешает видеться, их разлучают; муж или жена сетуют на нелюбимых супругов, собираются избавиться от них; однако страдания и невзгоды персонажей неизбывны, мечты неосуществимы; желаемое может реализоваться только в воображении, обычай, родители, деревенский мир не допустят выхода за границы дозволенного.

Среди городских песен и баллад есть сюжеты, в которых влюбленные решительно (собственной смертью) протестуют против власти родителей, препятствующих своим детям в выборе мужа или жены («Как во нашей во деревне»). Однако независимые от обычаев и строгих правил патриархального мира, казавшихся путами, персонажи предстают перед нами в большинстве песен. Их влечет «красивая» жизнь, они свободны в выборе возлюбленных. Иногда дочь советуется с родителями, но если они противятся ее желанию, поступает по-своему («Мать совета не дала», - девушка все равно уйдет со сманившим ее уланом или матросом). Поскольку старшее поколение не может оказать влияния на поступки детей, родители часто вообще исчезают из поля зрения, в песне остаются он и она, оба вольные в своих поступках.

Жизнь мстит за свободный выбор. Избранник (избранница) оказывается неверным, бросает возлюбленную, часто с ребенком. Воля оборачивается страданиями, одиночеством да еще на «чужой стороне». Судьба наказывает преимущественно одну сторону, более слабую, - женщину; мужчина, руководствуясь теми же принципами «свободы», волен в своих дальнейших любовных похождениях. Его не пугает ни власть родителей, ни осуждение общества («обществу» просто нет дела до страданий отдельного человека), ни божьего суда; обольститель клянется «распятием креста», но проходит время, - он находит другую, изгоняя обманутую им Марию («Когда б имел златые горы»).

Сама пренебрегшая нравственными запретами, державшими устои патриархального общества (а большинство персонажей городских песен - свободные осколки этого начинающего рушиться мира), жертва обмана уже не может надеяться, что оно встанет на ее защиту. Убийство обольстителя - акт отчаяния брошенной женщины, за которым неминуемо следует или самоубийство, или гибель ее как личности. Катя-пастушка - едва ли не позднее ответвление образов пасторальных песен второй половины XVIII - начала XIXв., она ходит со стадом овец «по деревне», где овец не пасут, а лишь собирают по утрам и распускают по дворам вечерами. Да и гастроли «укротителя зверей», обольстившего пастушку, по деревням, сомнительны. Печальная судьба покинутой Кати-пастушки, ее злоключения в городе и, наконец, месть «чернобровому подлецу» - все это можно бы обозначить как острый конфликт, трагически завершившийся. Но трагедии подлинной, как в старой народной балладе, нет... Декоративность обстановки, «театральность», «книжность» поведения действующих лиц, некоторая лексическая изысканность придают мелодраматическую окрашенность всему произведению.

И таковы многие городские песни. Все же не следует торопиться с приговором об их низком художественном уровне. Мелодраматизм, сентиментальность, давно получившие право на существование в профессиональном искусстве, - качества, вне которых трудно реализоваться некоторым группам народных городских песен.

Глубинные причины этого их качества - отношение народа к изображаемым в них явлениям. Быстро капитализирующееся общество XIX - начала XXв. созрело для провозглашения идеи свободной личности. Сотни тысяч, миллионы молодых людей (если иметь в виду целое столетие), не вовлеченных в общественно-интеллектуальную жизнь (а таких всегда большинство), реализацию этой идеи увидели в свободном выборе спутника жизни. Разочарование наступало достаточно скоро. Любовь, отгородившая нашедших друг друга парня и девушку, забывшая «внешнюю» по отношению к ней, утвержденную обычаями и нравственными императивами цель - продолжение семьи, племени, народа, - оказывалась недолговечной.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Я люблю
Я люблю

Авдеенко Александр Остапович родился 21 августа 1908 года в донецком городе Макеевке, в большой рабочей семье. Когда мальчику было десять лет, семья осталась без отца-кормильца, без крова. С одиннадцати лет беспризорничал. Жил в детдоме.Сознательную трудовую деятельность начал там, где четверть века проработал отец — на Макеевском металлургическом заводе. Был и шахтером.В годы первой пятилетки работал в Магнитогорске на горячих путях доменного цеха машинистом паровоза. Там же, в Магнитогорске, в начале тридцатых годов написал роман «Я люблю», получивший широкую известность и высоко оцененный А. М. Горьким на Первом Всесоюзном съезде советских писателей.В последующие годы написаны и опубликованы романы и повести: «Судьба», «Большая семья», «Дневник моего друга», «Труд», «Над Тиссой», «Горная весна», пьесы, киносценарии, много рассказов и очерков.В годы Великой Отечественной войны был фронтовым корреспондентом, награжден орденами и медалями.В настоящее время А. Авдеенко заканчивает работу над новой приключенческой повестью «Дунайские ночи».

Александр Остапович Авдеенко , Борис К. Седов , Б. К. Седов , Александ Викторович Корсаков , Дарья Валерьевна Ситникова

Детективы / Криминальный детектив / Поэзия / Советская классическая проза / Прочие Детективы