Госпожа Смерть. История Марии Мандель, самой жестокой надзирательницы Аушвица

Надзирательница, затем старшая надзирательница в концентрационном лагере Равенсбрюк;

Старшая надзирательница в Аушвице, затем начальница женского лагеря;

Участвовала в массовых и единичных убийствах;

Отбирала заключенных для газовых камер и медицинских экспериментов;

Причиняла заключенным смерти от голода и истощения, а также от избиения;

Оскорбляла личное достоинство заключенных путем обзываний, лишения еды и одежды, а также приговоров к бесчеловечным наказаниям⁵.

Во вступительном слове против Марии было обращено внимание на список умерших гречанок, подписанный ею в 1943 году. «Из-за отсутствия надлежащих документальных доказательств невозможно установить количество жертв, в убийстве которых обвиняемая принимала участие. Однако, принимая во внимание, что обвиняемая на протяжении нескольких лет осуществляла свою деятельность в концентрационных лагерях, и что только в одном этом списке было почти пять сотен имен, и что десятки тысяч женщин погибли, можно сделать вывод, что обвиняемая несет ответственность за смерть тысяч людей»⁶.

3 декабря 1947 года, после двух недель разбирательств, известный польский адвокат Тадеуш Киприан получил конфиденциальный отчет о ходе процесса. Ему сообщили, что первая стадия процесса прошла без неприятных инцидентов со стороны обвиняемых, поскольку они были напуганы и уклонялись от обвинений, которые на них сыпались.

Киприан, уважаемый и влиятельный человек, возмущался прессой, которая, по его мнению, искажала показания и делала собственные выводы. Он язвительно заметил, что «американская пресса покинула Польшу еще до объявления приговоров, с полным одобрением польской манеры ведения процесса и… качества польской водки»⁷.

Киприан заключил, что судебный процесс был очень сложным, поскольку проходил в кругу бывших заключенных и уцелевших. Поэтому неизбежно возникло недовольство среди тех, кто был исключен из процесса. По его словам, «если бы обвиняемые оказались в толпе, их бы разорвали на куски»⁸.

Во время процесса многие свидетели пережили так называемый психоз коллективного опыта⁹, отождествляя себя с тем, что видели и слышали. Возбужденные атмосферой зала суда, присутствием своих мучителей и необходимостью выступать перед публикой, они иногда рассказывали о том, что происходило или не происходило, происходило в другое время или в другом месте. Адвокаты обвиняемых стали пытаться дискредитировать свидетелей с помощью этих несоответствий.

По мнению Киприана, обвиняемых можно было разделить на две группы. К первой относились те, кто имел шанс быть приговоренным только к тюремному заключению – они были более сдержанными. Остальные, в свете наглядных свидетельских показаний, все больше понимали, что им, скорее всего, грозит смертный приговор. Таким образом, по мере продолжения процесса уровень их тревоги возрастал.

Он вспоминает, что Мария Мандель с первого дня процесса вела себя беспокойно, передвигалась по скамье подсудимых, нервно перелистывала свои записи, скрывала свою нервозность за надменным выражением лица, когда ее фотографировали, или бросала ироничные улыбки, раздражавшие присутствующих в зале суда людей¹⁰.

Глава 84Дело против Мандель

Обвиняемые – больные люди, у которых отсутствуют базовые составляющие нравственного поведения.

Станислав Рымарь, адвокат Марии Мандель¹

Как это часто бывает на процессах по военным преступлениям, особое внимание и резонанс получили обвиняемые женщины. Люди по всему миру слышали о печально известной Ильзе Кох из Бухенвальда и ее пристрастии к изготовлению абажуров из кожи заключенных. Особенно известна была Ирма Грезе, красивая молодая светловолосая надзирательница, которую уже осудили и повесили в Бельзене. Мандель и ее соучастницы были не столь широко известны, но в Кракове их дело получило широкое освещение.

Один из прокуроров на процессе Мандель начал свое выступление с замечания, что «мы привыкли считать женщин более тонкими существами, чувствительными к человеческой боли и страданиям. Испытывая боль, женщины дают жизнь новым человеческим существам. [Женщина] почти никогда не властвует над смертью или страданием». Затем он подчеркнул, что эти женщины из СС сознательно выбрали роль палачей и принимали активное участие в избиениях, убийствах и надругательствах над человеческим достоинством².

Высказав предположение о возможных причинах такого зверства, прокурор заявил: