Грани

— Послушай, — сказала я задушевно, — а я знаю, что с тобой случится, когда ты умрешь с такими мыслями!

Эльф ничего не сказал, но посмотрел на меня с любопытством.

— Мы с Отто артефакты иногда на продажу делаем, причем пользуются они неизменным спросом, — сообщила я гордо. — Каждый артефакт вырезается из высококачественной древесины, формой напоминает мужское достоинство и повышает потенцию. Между прочим, я провела некоторые теоретические исследования, в результате которых сила арт…

— Уйди! — взревел эльф так громко, что разбудил всех в подвале, а может быть, даже и охраняющих нас стражей. — Или я тебя сам убью!

— Какие же вы, эльфы, нервные, — сказала я, торопливо вскакивая.

— Ты что там? — сонно спросил меня Отто, когда я мостилась к нему под бочок. — Эльфа домогалась?

— Нет, — отрезала я.

— Ну и правильно, — пробормотал лучший друг. — Их надо беречь, они хрупкие…

— …А теперь из-за нее мы не можем поесть, — прорвались чьи-то слова сквозь мой сон.

Я открыла глаза и вскочила, стряхивая с себя остатки дремоты. На меня смотрели голодные мужские глаза. Причем в большом количестве. И мне это совсем не понравилось.

— Что случилось? — спросила я с холодной вежливостью.

— Дверь не открывается, — сообщили мне. — Нам завтрак приносили и не смогли ее открыть.

— А я тут при чем?

— Это ведь ты ее заблокировала.

Меня взбесило, что это было сказано с уверенностью в моей вине.

— Нет, это была не я.

— А эльф сказал, что это ты.

Мое мнение об эльфах вообще и о мужском поле в частности упало до нуля. Пришлось сказать с гордым видом:

— Да, я. И что дальше?

— Зачем ты это сделала, золотце? — спросил Отто.

— Чтобы к нам сюда никто не проник, — объяснила я. — Или ты забыл, что нас казнить хотели?

— Нас-то не хотели казнить, — заметил рыжий. — Нас как раз хотели покормить.

— Значит, — сказала я злобно, — вас устраивало ваше положение? Вы согласны были за кормежку отдавать все свои силы и сидеть месяцами в подвале? Да они наверняка вместе с едой сюда и тот артефакт, который энергию выкачивает, принесут. Вам бы мне спасибо сказать, а не ругаться!

Моя речь на магов не произвела никакого впечатления. То ли они дошли до крайней точки, то ли им просто нужен был общий враг, но лица дружелюбнее не стали.

— А насчет еды, — зачастила я, понимая, что при таком раскладе меня могут пустить на фарш, — хотели бы нас кормить, просунули бы еду в окошко!

— Оно очень уж маленькое, — сказал кто-то.

— Ничего, сосиски бы пролезли! — При воспоминании о полной кладовой усадьбы у меня заурчало в животе.

— Ольгерда! — заорали из-за двери. — Твоих рук дело?

Не дождавшись ответа, Лойд крикнул:

— Ничего, сейчас мы сломаем дверь, и вы у нас попляшете!

— Все беды от баб! — заявил рыжий.

Толпа утробно зарычала и начала надвигаться на нас.

Разве могли мы с Отто сделать что-то против толпы разъяренных магов? Разве может одна хрупкая девушка что-то сделать против толпы голодных мужиков, даже если ее поддерживает верный, но такой же голодный друг?

Ничего.

Оставалось только готовиться к смерти — смерти более ужасной, чем на плахе, потому что там один удар топора и — привет, демоны! А тут явно ожидается что-то похуже. Сжавшись в комок, я быстро помолилась Госпоже Удаче и Ёшкиному коту.

И вдруг…

Знаете, в книжках часто случается это «и вдруг». Как оказалось, в жизни оно тоже случается, только надо очень-очень захотеть, чтобы оно случилось.

И вдруг сзади нас, у стены с окошком, раздался взрыв и нестерпимо завоняло серой. Посмотрев на разом посеревшие лица сокамерников и на скорость, с которой они отпрянули и прижались к противоположной стене, я, приготовившись к худшему, обернулась.

— Ты! — рявкнул огромный демон шикарного красного цвета с витыми рогами на голове и хвостом с аккуратной кисточкой. Направив на меня палец с длинным черным когтем, он выдыхал клубы дыма и вообще меньше всего подходил под понятие «мирный». — Ты!

Определенно с мужским полом мне сегодня не везло.

— Я, — покорно согласилась я. Умереть от руки высшего демона — чем не достойная кончина для мага?

— Ты испортила мое животное! — заорал демон. Из его глаз посыпались молнии. Увидев, что я пялюсь на него в недоумении, демон уточнил: — Моего Кота!

— Ты — Ёшка? — пролепетала я, чувствуя, как схожу с ума.

— Да! — рявкнул демон. — Я — Ёшка!

Самый главный демон пантеона? Явился сюда, чтобы высказать мне свое «фэ» по поводу обращения с его Котом? Обхватив себя руками, я засмеялась. Отто, стоявший рядом, молча размахнулся и ударил меня по щеке.

— Спа-асибо, — проблеяла я, загоняя истерику внутрь. — Простите, Ёшка, я не специально.

— Пади ниц при лицезрении великого меня, — шепотом посоветовал демон.

— Разумно, — согласилась я, падая на колени. — О прости меня, Великий и Ужасный, за то, что я сделала с твоим Котом! А что, кстати, я сделала?

— Ты ко мне не так обращаешься! — капризно сказал самый высший демон. — И чему вас на демонологии учат?

Я честно попыталась вспомнить, но не смогла. От ужаса у меня в мозгу пропали все мысли до единой.

— Ты обещала основать храм, посвященный моему Коту? — вопросил меня демон.