Читаем Гражданская война. 1918-1921 полностью

Этот перевес явился следствием той перегруппировки противника, которую он вынужден был произвести под влиянием обнаружившегося нажима красных на Кромском направлении, и введения в дело последних взятых резервов, из-под Курска и, очевидно, из Киевского района. Благодаря этой перегруппировке силы противника, действовавшие на участке Кромы (искл.) — Севск (вкл.) (3-я пехотная дивизия) с 6400 штыками и 300 саблями возросли до 8000 штыков и 1800 сабель, т. е. получили приращение на 1600 штыков и 1500 сабель (последние, очевидно, за счет корпуса Юзефовича). Конная завеса против 14-й армии в виде конного корпуса Юзефовича была уплотнена пехотными частями, причем численность конных и пехотных частей противника на участке Севск (искл.) — Сосница (искл.) общим протяжением 150 км определялась в 3500 штыков и 1500 сабель (23 штыка, 1 сабля на 1 км фронта). Встречные бои на фронте Орел (искл.) — Севск (вкл.), по-видимому, являлись маневрированием активного заслона. Однако в этих боях [326] противник достиг рада частных территориальных успехов, захватив Кромы, Дмитриев, Дмитровск и Севск. Главный свой удар противник, судя по перегруппировке его сил, развивал на участке Елец — Новосиль — Орел (оба крайние пункта включительно) общим протяжением 150 км. Здесь противник усилил на 1000 штыков и 200 сабель Корниловскую дивизию, действовавшую на Орловском направлении, благодаря чему ей удалось 13 октября овладеть Орлом, и весьма значительно (на 5100 штыков) усилил 1-ю пехотную дивизию как путем рокировки частей вдоль фронта (4-й Корниловский пехотный полк) с участка соседней Корниловской дивизии, так и путем подброски их с тыла. Благодаря этим мероприятиям численность 1-й пехотной дивизии возросла с 4900 штыков, 400 сабель до 9000 штыков, 500 сабель (насыщение одного километра фронта живой силой достигло 60 штыков и 3 сабель за округлением, т. с. почти в полтора раза больше того, с чем эта дивизия начала операцию). Относительно значительное усиление дивизии позволило ей выиграть полосу пространства глубиной примерно в 50 км, продвинувшись до южной окраины Ельца (вкл.) и заняв г. Новосиль. Но на этих территориальных достижениях и приостановился темп развития операции Деникина; резервы были уже полностью введены в дело, а инерция движения сама по себе была недостаточна, так как она не только поглощалась пространством, но и задерживалась сопротивлением красных частей.

Содействие 14-й красной армия маневру ударной группы первоначально выразилось в наступлении двух дивизий этой армии (41-й и 57-й стрелковых) на Севск и Дмитровск{139}. Это наступление развивалось очень медленно. Однако Латышской дивизии удалось занять 16 октября г. Кромы, но дальше она не могла продвинуться вследствие неустойчивости [327] бригады Павлова, действовавшей севернее ее. Лишь 17 октября закончившая свое сосредоточение и также переданная в 14-ю армию Эстонская дивизия перешла в наступление на Орел и совместно с правым флангом 13-й армии (9-й стрелковой дивизией) 20 октября заняла его.

Переход в наступление ударной группы совместно с частями 13-й и 14-й армий привел к упорной борьбе за инициативу в течение нескольких дней. Линия фронта обеих сторон колебалась весьма незначительно, и результат этой борьбы, успешной, в общем, для красных, выражался вовсе не в территориальных достижениях, а в том, что в конце концов им удалось удержать эту инициативу в своих руках. Действительно, если мы проложим на карте линию фронта так, как она шла по местности 21 октября, то увидим весьма незначительные ее изменения по сравнению с вышеуказанными нами достижениями в пространстве Добровольческой армии. Теперь фронт ее по-прежнему проходил несколько южнее Ельца, упираясь правым флангом в Дон, захватывал с. Короткое, Пречистенское, Туровка, Собакино, обходя с юга Орел, на ближайших подступах к которому продолжал упорно удерживаться 2-й Корнштовский полк; далее линия фронта белых пологой дугой шла на Чувардино, обходя Кромы с востока, Дмитровск — Лобаново — Севск, выходя далее на ранее указанный нами рубеж белого фронта.

Как представляло себе приблизительно в это время свои ближайшие задачи командование Южным фронтом, можно судить по его директиве № 10938/оп от 15 октября{140}. Эта директива придавала решающее значение действиям 14-й армии. От быстроты и решительности действий ударной группы этой армии, писал командюж, зависели ликвидация противника в районе Орла и Новосиля и обеспечение за частями 13-й армии г. Ливны, что, в связи с наступлением конного корпуса Буденного на Воронеж и 8-й армии на линию Дона, должно было скрепить общее положение фронта и дать возможность развить дальнейшие действия (см. приложение, схемы IX, X). Таким образом, и в этой директиве мы не видим еще выражения идеи о взаимной увязке воронежского и орловского участков борьбы. [328]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное