Гражданская война. 1918-1921

Вскоре после этой операции происходит новая смена командований 13-й армии. За два месяца в разгаре боевых событий армия пережила три смены командования. Но вряд ли необходимо особо доказывать, что частые смены командования, практиковавшиеся в Гражданскую войну, не могут быть признаны нормальным явлением. Они приводили к тому, что командование не всегда достаточно хорошо знало подчиненные войска, их боевые качества, а также боевые качества и подготовку подчиненных командиров; с другой стороны, эти смены не способствовали воспитанию в высшем командном составе уверенности в своих силах и чувства ответственности за порученное дело. Наконец, такие смены, как правило, [583] производились в разгар самих событий, а не приурочивались ко времени подготовки новых операций. Отметим мимоходом, что в Гражданской войне чрезвычайно остро чувствовалось отсутствие центра переподготовки высшего начальствующего состава с краткой программой, направленной к осознанию и усвоению оперативно-тактического опыта войны.

Пагубность кордонного расположения, вытекающего из непосильного стремления аккуратно и добросовестно прикрыть малочисленными войсками всю территорию, недостатки управления, нередко приводившие к крушению смело задуманных операций, обещавших по обстановке полный успех, — подобные недочеты в работе командования в значительной мере могли быть изжиты при помощи такого центра.

Добившись известного стратегического и ряда тактических успехов, Врангель, однако, потерпел крупную неудачу на политическом фронте. Попытка вновь поднять восстание на Дону не удалась. Высаженный для этой цели 9 августа десант между Мариуполем и Таганрогом в количестве 800 чел. (под командой полковника Назарова) был вскоре рассеян (на Дону, в районе станицы Константиновской) и уничтожен советскими войсками при вполне пассивном к нему отношении донского казачества.

Врангель пытался также завязать сношения с Махно. Он приступил к организации отрядов из бывших махновцев, причем некоторые из них получили наименование «отрядов имени батьки Махно» (отряды Яценко и др.), и посылал делегатов к самому Махно, главные силы которого пребывали в районе Гуляй-Поле. Однако Махно не только уклонился от сношений с Врангелем, но даже как будто повесил его делегатов.

Потерпев неудачу со своим десантом на Дону и в попытках завязать прочные связи с махновщиной, Врангель не успел также с дальнейшим расширением своего плацдарма в Северной Таврии. Наступательные действия его, предпринятые в направлении на Пологи — Жеребец — Александровск, не привели к решительным результатам, и в дальнейшем, до решительного перелома кампании на Крымском фронте, колебания последнего стали носить менее резко выраженный характер. [584]

Последующий ход кампании отмечается уже началом борьбы за инициативу, что явилось результатом накопления советских сил на этом участке фронта и повышения их боеспособности. Но прежде чем перейти к изложению дальнейших событий, подведем итоги только что закончившемуся периоду.

Первоначальный успех Врангеля, превысивший его ожидания, заставляет его идти на авантюристическое расширение задач своей вылазки из Крымского мешка. Достигнутые стратегические успехи из-за отсутствия под ними прочной базы вскоре должны были смениться состоянием неустойчивого равновесия. Попытки установить оперативное взаимодействие с польскими армиями не увенчались успехом по причинам политического порядка. Для руководства польской внешней политикой в лице Пилсудского по-прежнему был неприемлем союз с силами, в конечном итоге преследовавшими цель восстановления «единой и неделимой России». Таким образом, за армией Врангеля оставалось положение обособленной в политическом и стратегическом отношении силы, действовавшей на свой страх и риск. Отсутствие политического и стратегического контакта в стане врагов было, конечно, выгодно для советской политики и стратегии. Невыгодным являлось лишь то обстоятельство, что усиленная деятельность Врангеля в Таврии во времени совпала с наиболее решительными событиями кампании на Польском фронте, отвлекая от него внимание советского командования. Между тем общая численность наших вооруженных сил и материальные ресурсы страны не позволяли одновременного решительного преследования конечных целей на обоих направлениях. От разделения между ними красных сил страдали интересы обоих участков Юго-западного фронта, и ход операций на них принимал длительный характер. Вот в этом ослаблении темпа ведения наших операций на Польском фронте и заключалось главное отрицательное для нас значение летней кампании армии ген. Врангеля в Северной Таврии. [585]

Глава двадцатая.

Операции на Нижнем Днепре и на Кубани