Читаем Гражданская война. 1918-1921 полностью

2. Северное белое правительство приветствовало Уфимскую директорию как всероссийскую власть и приглашало установить оперативную связь с его силами. В военно-экономическом отношении выбор северного направления открывал путь на Котлас, где имелись некоторые запасы. Далее по Двине устанавливалась связь с Архангельском, являвшимся богатым источником боевого снабжения;

3. Пермское направление по времени скорее можно было усилить сибирскими формированиями и чехо-словацкими эшелонами, подходившими из Сибири. Болдырев не указывал, что Северное направление представлялось более желательным и для чехов, и для военных представителей держав Антанты. Нетрудно видеть из объяснений Болдырева, что вопрос о всероссийском первенстве не менее интересовал Уфимскую директорию, чем правительство южной контрреволюции. Политическому местничеству были принесены в жертву жизненные интересы южных и восточных белых армий.

{23} В глубоком тылу за этими силами на пространстве между озером Байкалом и Великим океаном имелось до 100 000 японских, американских, английских, сербских и прочих войск, с которыми местное население вело упорную партизанскую войну. Эти войска находились под командой японского ген. Отани. Однако японская дивизия ген. Оба, занимавшая Забайкалье, не подчинялась Отани, а получала директивы непосредственно из Токио (см. книгу ген. Рукероля).

{24} Сибирская армия белых в это время заканчивала еще свое формирование и находилась в глубоком тылу.

{25} Эта медленность, как мы узнали из книги Рукероля, проистекала не из субъективных свойств характера ген. Пуля, а в силу несоответствия его сил и средств поставленной ему цели. Согласно единодушному мнению военных представителей Антанты в Архангельске, ген. Пулю для развития энергичного наступления необходимо было, по крайней мере, еще 5 батальонов. Ни английское, ни французское высшие командования не могли дать их. Обратились к высшей военной инстанции союзников — маршалу Фошу. Последний считал целесообразным, чтобы США отправили эти пять батальонов из Америки прямо в Архангельск. Однако правительство США отклонило эту просьбу. Таким образом, вопрос об отправке пяти новых батальонов в Архангельск разросся до международного события. Коалиция Антанты в этом случае разделяла судьбу всех коалиций, а пока дипломатические и военные канцелярии Старого и Нового Света обменивались между собой нотами и проявляли соревнование в бюрократизме и волоките, ген. Пуль стоял на месте и ждал.

{26} Краснов в письме к императору Вильгельму выдвигал следующие основные линии своей внешней «политики»: 1) независимый Дон со включением Таганрога, Царицына и Камышина, 2) уплата большевиками по требованию Германии издержек Дону, 3) нейтралитет Дона в войне между Германией и Антантой и т. д. (Аншиев. Очерки истории Гражданской войны 1917–1920 гг., с. 154). Однако в своих зарубежных статьях Краснов утверждал, что основной его целью и тогда было стремление к походу на Москву для восстановления «единой и неделимой России».

{27} В. И. В. — ваше императорское величество.

{28} В. В. Д. — Всевеликое войско Донское.

{29} К. Е. Ворошилов в своей работе «Сталин и Красная армия» (Госиздат, 1929, с. 9) по этому поводу писал:

«Тов. Сталин развивает колоссальную энергию и в самое короткое время из чрезвычайного уполномоченного по продовольствию превращается в фактического руководителя всех красных сил Царицынского фронта. Это положение получает оформление в Москве, и на т. Сталина возлагаются задачи «навести порядок, объединить отряды в регулярные части, установить правильное командование, изгнав всех неповинующихся» (из телеграммы РВСР с надписью: «Настоящая телеграмма отправляется по согласованию с Лениным»).

{30} По некоторым источникам, численность этой армии доходила до 20 000 чел.

{31} Всеукраинский ревком после занятия Украины австро-германцами временно обосновался в Курске.

{32} Фактически в районе восстания единой власти так и не было создано. Гражданская часть правительства во всей своей работе ориентировалась на восток — на Петровское правительство Бичерахова, в то время как командование войсками (полковник Федюшкин) стремилось установить связь с Добровольческой армией.

{33} Новороссийск был занят германо-турецким отрядом в связи с общей оккупацией германцами Крыма, а турками и германцами — Закавказья и Грузии. В Новороссийске оккупантов влекло желание овладеть судами Черноморского флота. Однако при приближении германцев часть кораблей была потоплена своими командами, а другая часть вернулась в Севастополь.

{34} Скоропадский — бывший генерал царской армии.

{35} Людендорф. Мои воспоминания, т. II, с. 191, 192, 297.

{36} Там же, с. 296.

{37} В районе Харьковской губернии оперировали отряды Сахарова — Саблина численностью около 6000 бойцов; в районе Полтавщины — отряды Сердюка численностью около 2000 бойцов; в районе Екатеринославской губернии и Северной Таврии — отряды Котова и Махно общей численностью до 15 000 бойцов; в северной части Херсонской и Одесской губерний — части Григорьева численностью 8000 бойцов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное